Бондарев Юрий Васильевич
(1896—1988)
Романы
Краткое содержание

152

но, кажется, все в  порядке, - проговорил Алексей.

    - Он так плохо стреляет? - разочарованно спросила Валя, когда они пошли по аллее, не выбирая заранее направления.

    - Он близорук. Стеснялся надеть очки, наверно.

    Валя сказала тихо, взяв его под руку:

    - А каков ты, хвастун, а? Правда, ты сумел расположить сердца  зрителей к себе. Я все видела.

    Он ответил полушутливо:

    - Я этого и хотел. Пусть знают, как стреляют артиллеристы. Это все-таки марка фирмы.

    - На войне тоже была эта марка фирмы?

    - Да. Только на войне далеко до хвастовства. Там  было  дело.  Нет,  не дело, а страшная работа.

    Над деревьями небо фиолетово вспыхнуло,  раскололось  фейерверком;  они оба посмотрели туда, и Алексей, проследив за дымными нитями впереди, после короткого молчания заговорил снова:

    - Странно самому - даже вот эти ракеты напоминают  ночь  на  передовой, хотя я совершенно ясно знаю, что войны нет, что я с тобой в  парке  и  все отлично... А насчет стрельбы ты не думай, что я стреляю особенно.  Правда, до артиллерии я случайно месяц пробыл в снайперской, но снайпера  из  меня не получилось. Кстати, мой друг Толя Дроздов за тридцать шагов попадает из пистолета в гривенник... Без всякой снайперской школы.  Прекрасно  стрелял Борис из автомата. У него очень точный глаз.

    Замедляя  шаги,  Валя  прикусила  губу,  сбоку  наблюдая  за  Алексеем, спросила:

    - А ты наконец можешь мне сказать, что у вас произошло с Борисом?  Ведь что-то произошло? Или это тайна?

    - Нет, это не тайна, - ответил Алексей. - Но мне не хочется говорить об этом. Просто, когда теряешь друга, становишься как-то беднее. Это я понял.

    Тут  из  боковой  аллеи  с  шумом,  топотом  подбежала  к  ним    группа запыхавшихся мальчишек, и,  как  показалось  Вале,  предводитель  их,  тот самый, бедового вида, в клетчатой кепке с  пуговкой,  возбужденно  шмыгнул носом, выпятил по-военному грудь и, задыхаясь от усердия, выкрикнул:

    - Товарищ снайпер, ваши товарищи на набережной. Там много курсантов  из артиллерийского училища! Ваше приказание выполнено!

    Валя только повела удивленными смеющимися глазами на Алексея, а он даже не улыбнулся, приложил руку к козырьку, ответил без тени шутки:

    - Спасибо, друзья, можете идти.

    - Есть идти! - И мальчишки эти,  видимо  весьма  довольные  выполненным приказанием,  гурьбой  кинулись  назад  к  боковой  аллее  в    направлении аттракционов.

    А эта дальняя глухая аллея, по которой шли они  без  направления,  была темноватой, как шалаш, засыпанной кучами  давно  опавшей  листвы,  и  было непонятно, как мальчишки нашли здесь  Алексея.  По-осеннему  тут  шуршало, похрустывало под ногами,  горел  одинокий  фонарь  в  черных  ветвях,  над безлюдными скамейками, и везде: в шорохе  листьев,  в  запахе  сырости,  в оголенном свете фонаря - был ноябрь.

    - Вот видишь, - вдруг сказал Алексей весело, - мальчишки,  оказывается, все  знают.  Пойдем,  познакомлю  тебя  с  друзьями.    Они    должны    тебе понравиться, я уверен. Толя Дроздов, Саша Гребнин, Миша Луц, Степанов.  Ты их увидишь.

    Справа был маленький пруд, в нем отраженно качался у  берега  искристый круг фонаря, на середине загорались и гасли отдаленные звезды ракет, а под обрывом,

 

Фотогалерея

Bondarev 16
Bondarev 15
Bondarev 14
Bondarev 13
Bondarev 12

Статьи














Читать также


Рассказы
Поиск по книгам:


Голосование
Импонирует ли Вам видение ВОВ Бондарева Ю.В.?


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту