Бондарев Юрий Васильевич
(1896—1988)
Романы
Краткое содержание

147

дома, позвонил на втором этаже судорожными, длительными звонками и  здесь, в тишине лестничной площадки, не без труда  пришел  в  себя,  непослушными пальцами  застегнул  шинель,  поправил  фуражку;  сердце  тугими    ударами колотилось, казалось, в висках. А за окнами пышно и космато разрывались  в небе низкие звезды ракет, мерцали над деревьями - и он тогда вспомнил, что сегодня праздничный карнавал в парке, а это, видимо, иллюминация.

    "Что же это я? Она не ждала меня!.. - говорил он сам себе.  -  Что  она подумает?"

    Ему открыли дверь, и тихий ее голос вскрикнул в полутьме передней:

    - Борис? Это ты?..

    И он вошел, еще не в силах вымолвить  ни  слова,  а  Майя,  отступая  в комнату, по-будничному вся закутанная в белый пуховый платок, смотрела  на него не мигая темными, неверящими, испуганными глазами.

    - Борис... я знала, что ты придешь. Мы поговорим.  Никого  нет  дома... Проходи, пожалуйста. Я знала...

    А он, покачиваясь, неожиданно упал на колени перед ней и, пригибая ее к себе за теплую талию,  крепко  прижимаясь  лицом  к  ее  ногам,  заговорил отрывисто, с отчаянием, с мольбой:

    - Майя! Ты только пойми меня... Майя, я не мог раньше... Я не знаю, что мне делать... Что мне делать?

    - Ты пьян? -  чуть  не  плача,  проговорила  она  и  почти  со  страхом отстранилась от него. - Ты не приходил, а я... Я одна... целыми днями  жду тебя, не хожу в институт. Ты  ничего  не  знаешь  -  у  меня  должен  быть ребенок!..

    Она заплакала, жалко, беспомощно, зажимая рот  ладонью,  отворачиваясь, пряча от него лицо.

    "Вот оно... Это выход! - подумал Борис. - Только здесь я нужен,  только здесь!"

    И,  обнимая,  целуя  ее  колени,  он  говорил    исступленно    охрипшим, задыхающимся шепотом:

    - Я давно хотел... Теперь ты моя. Я только тебя люблю,  только  ты  мне нужна. Ты понимаешь меня, понимаешь?..

          24

    Когда они взбежали на горбатый  мостик,  видя  сверху  танцующих  возле летней эстрады, праздничное гулянье в парке было в разгаре -  серии  ракет взлетали в черное уже небо, искры разноцветной  пылью  осыпались  в  тихие осенние пруды, на крыши сиротливо пустынных купален, заброшенных до  лета; опускаясь с  высоты,  трескучий  фейерверк  медленно  угасал  над  темными деревьями, над аллеями, над куполом  этой  летней  эстрады,  где  хаотично шевелилась толпа, гремел духовой оркестр.

    В этот день он впервые зашел к Вале домой, зная, что здесь жил  капитан Мельниченко, и не без волнения ожидал официального приема, но вынужден был полчаса просидеть один в столовой, потому что Валя, впустив его, сейчас же ушла в свою комнату, прокричав оттуда:

    - Алеша, пострадай, я переодеваюсь! Пепельница на тумбочке, возьми!

    Он, благодарный ей за эту нехитрую догадливость, нашел пепельницу и тут же почувствовал странное облегчение оттого, что все оказалось  проще,  чем ожидал, оттого, что он будто считался частым гостем  в  этом  доме.  Затем кто-то поскребся в дверь, и, лапой надавив на нее,  в  столовую  из  кухни пролез сквозь щель огромный заспанный кот, лениво мяукнул, с  любопытством пожмурился на Алексея и, замурлыкав, стал делать восьмерки вокруг его ног, потерся боком о шпору и после  этого  изучающе  понюхал  ее,

 

Фотогалерея

Bondarev 16
Bondarev 15
Bondarev 14
Bondarev 13
Bondarev 12

Статьи














Читать также


Рассказы
Поиск по книгам:


Голосование
Импонирует ли Вам видение ВОВ Бондарева Ю.В.?


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту