Бондарев Юрий Васильевич
(1896—1988)
Романы
Краткое содержание

144

его своей будничностью. Просторный зал повеял холодком: в этот  час  после отхода поезда он был  довольно  пустынен.  Официанты  бесшумно  двигались, убирая со столиков, иные бежали с подносами, нагруженными грязной посудой, бочком  обходя  посредине  ресторана  большой  аквариум    с    подсвеченной электричеством зеленой водой.

    Борис выбрал отдельный столик возле окна: ему надо было убить время.

    На него обращали внимание - немногочисленные  посетители  оглядывались: он надел все ордена,  и  грудь  его  напоминала  серебряный  панцирь.  Эти обращенные на него взгляды не зажгли в нем удовлетворенного  чувства,  как раньше, не возбудили его, и он с прежней  полуусмешкой  положил  на  белую скатерть коробку дорогих папирос, которые купил в закусочной ради встречей с Сельским, и тут же, как бы увидев себя со стороны,  подумал  с  каким-то тупым, сопротивляющимся ощущением: "Что эти люди думают обо мне?"

    И    когда    неслышно    подошел    официант,    весь    аккуратный,      весь доброжелательный      малый,      и      очень      вежливо,      с        выработанной предупредительностью наклонил голову:  "Слушаю  вас",  -  Борис  не  сразу ответил ему, соображая, что надо все-таки  заказывать,  и  официант  опять спросил:

    - Пить будете? Коньячок? Водку? Вино?

    - Принесите двести граммов коньяку. И... бутерброды. Кроме того,  пиво, пожалуй.

    Но официант доверительно склонился  еще  ниже  и  сообщил  таинственным шепотом, как давнему знакомому:

    - Пиво очень неважное. Не советую. Жженым отдает. Рижского  нет.  Лучше боржом - отличный, свежий. Вчера из Москвы.

    - Давайте боржом. Только холодного попрошу... Это - все.

    - Одну минуточку.

    Потом, ожидая, Борис, с  видом  человека,  убивающего  время,  закурил, облокотился на  стол  и  сквозь  дымок  папиросы  стал  с  ленивым,  почти безразличным    вниманием    рассматривать    немногочисленных    посетителей, зачем-то угадывая, кто эти люди, для чего они здесь.

    "Что они знают обо мне?" - снова подумал  он,  слыша  гудки  паровозов, проникавшие в тихий зал ресторана. - По орденам видят, что я воевал.  И  - больше ничего. Я один здесь..."

    Когда официант, этот воспитанный малый, через несколько минут скользяще приблизился к столику  и  аккуратно  поставил  поднос  с  заказом,  Борис, овеянный каким-то благодарным огоньком от этой  доброжелательности,  налил из графинчика в рюмку и фужер и рюмку придвинул официанту.

    - Не откажетесь со мной?

    - Спасибо. Я на работе. Мне не разрешено.

    - Жаль, - сказал Борис и, подумав, живо добавил: - Что  ж,  будем,  что ли...

    - Спасибо, - сказал официант. - Пейте на здоровье.

    Огненный коньяк ожег Бориса, он сморщился и сейчас же стал  закусывать, чтобы не опьянеть; он не хотел пьянеть.

    А ресторан стал заполняться людьми и вместе с  ними  гулом  -  наверно, пришел какой-то поезд, - забегали живее официанты, уже не  было  свободных столиков; и внезапно зал с хрустальными люстрами, и столики, и аквариум, и пальмы, и папиросный дым, и сквозь него лица  заполнивших  ресторан  людей поплыли  в  глазах  Бориса,  мягко  сдвинулись.  Появилось  необыкновенное ощущение: тогда, в  Польше,  на  берегу  осенней  Вислы,  они  с  Сельским стреляли по танкам, могли

 

Фотогалерея

Bondarev 16
Bondarev 15
Bondarev 14
Bondarev 13
Bondarev 12

Статьи














Читать также


Рассказы
Поиск по книгам:


Голосование
Импонирует ли Вам видение ВОВ Бондарева Ю.В.?


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту