Бондарев Юрий Васильевич
(1896—1988)
Романы
Краткое содержание

79

до  Никитина  холодноватый  росистый  запах  и  тотчас сурово сдвинул атласные брови. - Я вот о чем хотел поговорить, Вадим.  Еще неизвестно, зачем нас отвели в Кенигсдорф. Думаю - не так просто. А  после Берлина в батарее началась чепуха. Как будто война кончилась, и  поголовно обалдели все. Из штаба никаких приказов. Свободного времени полно. Сегодня ночью вышел  проверить  часового,  а  его,  миленького,  на  посту  нет  - оказывается, спит на диване мирным сном младенца и пузыри пускает. Это уже - из ряда вон! Если так - завтра же начну заниматься с батареей  усиленной строевой. Хоть чем-нибудь встряхнуть, хоть этим вернуть славян на  грешную землю. Иначе превратимся мы тут в умиленных телят.

    - Да, - сказал Никитин. - В моем взводе тоже что-то такое ерундовое. Но ты знаешь, я сам не могу отделаться от чувства, что все кончилось...

    Они замолчали. По середине мостовой шла группа солдат-саперов,  донесся смех, перебористые звуки губной гармошки.

    - Твой Меженин, по-моему, занялся одними трофеями, - проговорил  Княжко и, переложив веточку сирени из правой руки в левую, ответил на приветствия поравнявшихся солдат, один из  них,  веселый,  хитроглазый,  бедово  играл "Катюшу" на губной гармошке. - И он давит на всех. Ты это замечаешь?

    - Замечаю, но он прекрасный командир орудия.

    - Ты либерал - адвокат девятнадцатого века, - сказал Княжко. - Не  вижу в этом разумной полезности. Ты командир взвода,  и  ты  должен  влиять  на солдат, пока не все кончилось...

    - Неужели ты думаешь, что еще не скоро кончится?

    От закрытого бара на  углу  под  старой  вывеской,  где  был  изображен медведь с пенившейся в лапе кружкой пива, они свернули на боковую  улочку, всю здесь заставленную машинами артиллерийских тылов, фурами  и  повозками медсанбата, сплошь заросшую вдоль тротуаров старыми соснами, прошли сквозь их желтую тень, и в конце улочки, будто крыши раздвинулись впереди,  обоих ослепила глубинная прозрачность голубого волнистого  воздуха  над  полями, погожего голубого неба  с  легкими  по  высоте  дымами  весенних  облаков, засияла солнечная даль молодой травы, разрезанная  вытянутым  за  окраиной городка длинным зеркалом озера в песчаных, как курортные пляжи, берегах, - всюду, до горизонта, стоял теплый майский полдень.

    - Я думаю, - сказал задумчиво Княжко, - что мы не  простим  себе,  если окажемся в бессильном положении.

          3

    В  этом  отдаленном  от  передовой  тишайшем  городке  еще  соблюдалась светомаскировка, и поздним вечером сидели с наглухо задернутыми шторами  в большой  комнате  первого  этажа,  напоминавшей  не  то  кабинет,  не    то библиотеку, с веселым азартом пили баварское пиво, раздобытое старшиной на берлинских складах, нещадно курили безвкусные трофейные  сигареты  и  вели нескончаемые разговоры.

    Было тут шумно, по-домашнему непривычно светился над столом  стеклянный зеленый абажур керосиновой лампы, плыл в бесконечном  течении  сигаретного дыма, как в замутненной  воде,  покачивался  фосфорической  медузой  среди поблескивающих  корешков  старинных  книг  в  окружении  оленьих  рогов  и темноватых картин, на которых  сумрачными  скалами  возвышались  под  тучи очертания средневековых замков.

 

Фотогалерея

Bondarev 16
Bondarev 15
Bondarev 14
Bondarev 13
Bondarev 12

Статьи














Читать также


Рассказы
Поиск по книгам:


Голосование
Импонирует ли Вам видение ВОВ Бондарева Ю.В.?


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту