Бондарев Юрий Васильевич
(1896—1988)
Романы
Краткое содержание

97

    - Да, да, - ответил Алексей, раздеваясь.

    - Ясно. - Миша на цыпочках отошел к столу, оглядываясь добрыми глазами. - Отдыхай.

    А в палатке пахло хвоей  и  дымком,  лунный  свет  просачивался  сквозь оконце, наверно, так же, как и тысячи лет назад; и, глядя на жидкие лунные блики, Алексей думал, что все четыре года  войны  он  жил  одной  надеждой увидеть мать, жид надеждой успокоить ее: "Мама, ты видишь, я жив,  здоров, все хорошо, мы снова вместе". А разве он не любил ее?.. Он так научился  и доброте, и ненависти за эти четыре года. Он никогда не знал, что вдали  от дома можно так любить мать, ее морщинки  усталости  возле  губ,  ее  тихую улыбку.

    Вдруг он услышал голос:

    - Алексей!

    Он открыл глаза: на краю топчана сидел Дроздов в шинели,  накинутой  на нижнее белье; рядом стоял Луц и начальственно шикал на него:

    - Устал человек, не видишь?

    - Я лучше тебя знаю,  Миша,  когда  он  устал,  -  убедительно  говорил Дроздов и, увидев, что Алексей очнулся от дремоты, воскликнул  шепотом:  - Здорово, старина! Почему не разбудил? А я тут встал воды напиться, а  Миша мне... Где ты пропадал?

    - Толя... - Алексей помолчал.  -  Я  получил  письмо  от  сестры.  Мама погибла. Я представить не могу...

          13

    Ранним утром майор Градусов вызвал Алексея в штабную палатку.

    - Вы вовремя приехали, старший сержант Дмитриев.  Командование  училища подписало приказ о назначении вас старшиной дивизиона. Я поздравляю вас.

    Майор Градусов протянул приказ.

    - Читайте.

    - Я не понимаю вас, товарищ майор, - сухо  сказал  Алексей.  -  Меня  - старшиной дивизиона? Почему?

    - Постарайтесь понять.

    Грузно расхаживая по палатке, Градусов принялся  объяснять  обязанности старшины дивизиона, и Алексей уже слушал его  с  чувством  неприязни.  Ему неприятен был сейчас командир дивизиона с его резкой манерой  говорить,  с его  нахмуренными  бровями,  командными  интонациями  в  голосе;  особенно неприятно было, что Градусов хотел его назначения  на  должность  старшины дивизиона, это было совершенно непонятно ему: они разговаривали всего один раз и то на экзамене. "За что он снимает Бориса?"

    Градусов продолжал:

    - Я надеюсь на вас, старший сержант Дмитриев. Уверен, что  вы  наведете образцовый порядок в дивизионе. Прежний старшина  не  смог  справиться  со своими обязанностями как положено:  распустил  людей,  мало  этого  -  сам нарушал  устав,  не  оправдал  возложенной    ответственности!    Так    вот, старшина...

    - Я  только  старший  сержант,  товарищ  майор,  -  подчеркнуто  сказал Алексей, пытаясь показать этим, что его совсем не радует  новое  нежданное повышение. - Я на фронте получил это звание.

    Майор Градусов заложил руки за  спину,  и  ответная  колючая  твердость возникла в его ощупывающих глазах.

    - Будете старшиной, вам присвоят звание! Полагаю, что это  звание  выше звания старшего сержанта. Но коли вы так  скромны,  прежнее  звание  может остаться. Так вот! - слегка повысив голос, повторил он.  -  Вы  теперь  не только курсант, вы - старшина дивизиона. В  ходе  внутреннего  распорядка, чистоты, чистки матчасти вам подчиняются все  курсанты  дивизиона  и  даже старшины батарей. Требуйте дисциплины с людей! Тем

 

Фотогалерея

Bondarev 16
Bondarev 15
Bondarev 14
Bondarev 13
Bondarev 12

Статьи














Читать также


Рассказы
Поиск по книгам:


Голосование
Импонирует ли Вам видение ВОВ Бондарева Ю.В.?


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту