Бондарев Юрий Васильевич
(1896—1988)
Романы
Краткое содержание

61

что такое офицер? Ведь не красивый мундир, не танцы, не балы, не белые перчатки - помнишь, у Куприна в "Юнкерах"? Все гораздо сложней. За четыре года  войны  я  немного  узнал  людей,  полюбил армию. Но ведь, в сущности, как это мало... Вот  у  Бориса  есть  какая-то военная струнка. Он точно родился офицером. А мне, Алеша,  хочется  вот  в такую ночь где-нибудь в горах под крик  сверчков  расставлять  палатку  на ночлег, рубить сучья для  костра...  Сидеть  у  огня  после  какого-нибудь тяжелого перехода и знать, что  где-то  в  заросшем  липами  переулке,  за тысячи километров, тебе светят окна.

    Алексей - негромко:

    - Если это твоя цель, из армии надо уходить.

    Дроздов смотрит на молочно-белые,  обмытые  лунными  потоками  верхушки тополей, потом проводит ладонью по лбу.

    - Ты меня не понял, Алеша. Я говорю  о  другом.  Я  говорю  о  каком-то ожидании после войны. И вот когда за тысячи километров от тебя,  где-то  в тихом переулке, заросшем липами, тебе светят окна - понимаешь, в этом есть большой смысл! Понимаешь... без них человеку тяжелее в тысячу раз...

    - Понимаю. А у тебя есть... эти окна?

    - Нет, - сказал Дроздов.

    - А были?

    - Не знаю, - покачал головой Дроздов. -  Не  знаю.  Очень  странно  все получилось в детстве. Хочешь, расскажу?

    - Да, Толя.

    Дроздов задумался, тихонько заговорил:

    - Ну вот, послушай, как получилось. Читал я запоем в  детстве  "Красных дьяволят", "Как закалялась сталь", "Юнармию". Мать запрещала, ночью гасила свет, читал под одеялом, светил фонариком  с  сухой  батарейкой.  А  потом организовал я во дворе и  свою  "армию"  из  ребят  и  девчат.  Деревянные пулеметы, тачанки из салазок,  пистолеты  с  пробками,  и  свой  устав,  и клятва. Заставил всех подписаться на бумажке кровью. Девчата  повизгивали, но тоже подписались, укололи пальцы иголкой и выдавили по капельке  крови. Не помню точно, в чем был смысл этой клятвы, но кажется, в  верности  друг другу. Клятву торжественно закопали в землю и дали залп из пугачей. У  нас был свой пароль, свой сигнал: три свистка под окном в четыре  пальца.  Это означало: "Выходи на улицу, тревога".  И  если  свистели  вечером,  каждый должен был два раза поднять занавеску: мол, выхожу. И начинались сражения, наступления, разведки и атаки на "беляков". Потом забирались  в  пещеру  - штаб. Зажигали  свечу,  и  я  вынимал  список  отряда  и,  как  полагается командующему, насупив брови, просматривал его с комиссаром, выбирал,  кого отметить и наградить. Были свои ордена - из жестянки сделанная звездочка.

    И вот, Алеша, была у меня в отряде некая Вера Виноградова. Жили в одном дворе. Девчонка смелая очень была, называла  себя  "Таинственная  стрела". Огромные глазищи. Все мальчишки из моего отряда были влюблены в нее,  а  я ничем не показывал, что она мне нравится: задирал нос  и  делал  вид,  что питаю чувства к другой девчонке, к ее подруге Клаве, а  Веру  прорабатывал за то, что у нее нет настоящей дисциплины и все такое. Помню, когда играли в прятки, я старался спрятаться так, чтобы не нашли никакими силами. А она - со мной. И вот когда рядом раздавались шаги водящего, она вдруг  хватала меня за руку: "Ой, Толька, сюда!" Я ужасно  возмущался,  отдергивал

 

Фотогалерея

Bondarev 16
Bondarev 15
Bondarev 14
Bondarev 13
Bondarev 12

Статьи














Читать также


Рассказы
Поиск по книгам:


Голосование
Импонирует ли Вам видение ВОВ Бондарева Ю.В.?


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту