Бондарев Юрий Васильевич
(1896—1988)
Романы
Краткое содержание

52

года  Градусов  командовал    батареей 122-миллиметровых орудий.

    Батарея стояла под Львовом, на опушке березового урочища, и вступила  в бой в первые же дни, прикрывая спешный отход стрелкового полка.

    Глубокой ночью немецкие танки  прорвались  по  шоссе,  обошли  батарею, отрезали тылы, на каждую  гаубицу  оставалось  по  три  снаряда.  Связь  с дивизионом и  полком  была  прервана.  В  ту  ночь  перед  рассветом  было удивительно тихо, вокруг однотонно кричали сверчки, и вся земля, казалось, лежала в лунном безмолвии. Далеко впереди  горел  Львов,  мохнатое  зарево подпирало небо, гасило на горизонте звезды, а в урочище  горько,  печально пахло пороховой гарью, и с полей иногда  тяжелой  волной  накатывал  запах цветущей гречихи.

    В  эту  ночь  никто  не  спал  на    батарее.    Солдаты,    с    ожиданием прислушиваясь, сидели на  станинах,  украдкой  курили  в  рукав,  говорили шепотом - все видели, как багрово набухал горизонт по западу.

    В тягостном молчании Градусов обошел батарею и, отойдя от огневой,  сел на пенек, тоже  долго  глядел  на  далекое  зловещее  зарево,  на  близкие немецкие ракеты, что, покачиваясь на дымных стеблях, рассыпались в  ночном небе. Слева на шоссе слабо, тонко завывали моторы, а быть может,  все  это казалось ему - звенело в ушах после  дневного  боя.  Четыре  бы  новеньких тягача, тех самых, что остались в тылу, отрезанные немецкими танками, -  и он решился бы на прорыв без колебаний.

    - Лейтенант Казаков! - позвал Градусов, соображая, как быть теперь.

    Старший  на  батарее  лейтенант    Казаков,    лучший    строевик    полка, молчаливый, в изящных хромовых сапожках, на которых  по-мирному  тренькали шпоры, сел на траву возле.

    - Кидают, а? - глухо сказал Градусов,  кивнув  на  взмывшую  ракету,  а затем, всматриваясь в молодое спокойное лицо Казакова: - В кольце мы? Так, что ли, Казаков?

    - В кольце, - ответил Казаков, сплюнув в сторону ракеты.

    - Что ж, Казаков, -  Градусов  сбавил  голос,  -  надо  выходить...  До рассвета надо выходить. Как думаешь? Идем-ка в землянку.

    - Надо выходить, - ответил Казаков.

    В  землянке  зажгли  свечу,  загородили  вход  плащ-палаткой,  Градусов развернул карту;  медлительно  и  расчетливо  выбирал  он  место  прорыва, навалясь широкой грудью на орудийный ящик, водя карандашом  по  безмятежно зеленым кружкам урочищ. Было решено через полчаса снять весь личный состав и пробиваться к своим, к  стрелковому  полку,  орудия  подорвать,  прицелы унести с собой, последние снаряды израсходовать.

    - Матчасть  подорвать,  Казаков.  Оставите  с  собой  одного  командира орудия. Я вывожу людей. Место встречи - Голуштовский лес. В  Ледичах.  Все ясно?

    Казаков ответил:

    - Все  ясно.  -  Вздохнув,  отвинтил  крышку  фляжки,  отпил  несколько глотков.

    - Что пьешь?

    - Водка. Вчера старшина привез. Где-то теперь наш старшинка?  -  сказал Казаков.

    Тогда Градусов взял из его рук  фляжку  и  вышвырнул  ее  из  землянки, металлически проговорил:

    - Точка! Голову на плечах иметь трезвой! И шпоры снять! Не на параде!

    Они вышли. Было тихо. Густой запах  гречихи  тек  с  охлажденных  росой полей; лунный свет заливал урочище, омывая каждый листок застывших  берез.

 

Фотогалерея

Bondarev 16
Bondarev 15
Bondarev 14
Bondarev 13
Bondarev 12

Статьи














Читать также


Рассказы
Поиск по книгам:


Голосование
Импонирует ли Вам видение ВОВ Бондарева Ю.В.?


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту