Бондарев Юрий Васильевич
(1896—1988)
Романы
Краткое содержание

42

теплом  улицы,  весенним  ветром;  лица  были крепки, веселы,  обветренны,  плечи  так  широки,  что  вся  палата  сразу показалась маленькой, а эти узенькие  халаты  не  вязались  со  сдержанной силой, которая кричаще выпирала из них.

    - Ну рассказывайте, рассказывайте, - взволнованно  торопил  Алексей.  - Все рассказывайте, я же ничего не знаю! Как я рад видеть ваши  рожи,  черт возьми! Садитесь вот сюда на койку, вот сюда садитесь!..

    - Во-первых, изменения, Алешка, - начал Дроздов, присаживаясь  на  край койки. - Предметов новых ввели - кучу. Немецкий язык, арттренаж,  огневая. По артиллерии перешли к приборам...

    - Хоть стой, хоть падай! - вставил  Гребнин,  пребедово  подмигивая.  - Понимаешь, мы с Мишей Луцем еще в четверг собрались  к  тебе.  Приходим  к помстаршине. Считает белье, бубнит под нос, не в духе: наволочки  какой-то не  хватает.  Обратились  по  всей  форме,  а  он,  дьявол,  не  отпустил: обратились, мол, не по инстанции. Хотели на  следующий...  -  тут  Гребнин покосился на улыбнувшегося Дроздова, - а на следующий  день  нам  с  Мишей "обломилось"    на    неделю    неувольнения.    Формулировка:    "За    хорошую организованность шпаргалок во  взводе".  Короче  говоря,  хотели  написать ответы на билеты по санделу вместе с Мишкой, даже использовать не  сумели, как майор Градусов попутал... Оказывается, он перед зачетом слышал, как мы с Мишей договорились в ленкомнате. Представляешь  номер?  Сразу,  конечно, вызвал Чернецова, построение всего взвода. "Курсанты Гребнин и Луц,  выйти из строя! Так вы что же, голубчики..." И пошел раскатывать! Нотацию  читал так, что Мишка от отупения дремать перед строем начал. Я говорю:  "Товарищ майор, разрешите объяснить..." - "Не разрешаю!" Я говорю: "Товарищ  майор, пострадали зря - шпаргалки и написать не успели". - "Что-о? За разговоры и оправдания - две недели неувольнения!"

    - Сашка, неужто верно это? - смеясь, спросил Алексей.

    - Легенда, - махнул рукой Дроздов.

    - Да что там! Ребята свидетели. Ты хоть пушку на меня  прямой  наводкой наводи, не приврал. Это что! Понимаешь, такая еще штука случилась...

    - Саша, стоп! Переходим к делу, - внезапно  остановил  его  Дроздов  и, разглядывая Алексея своими по-детски ясными глазами, проговорил неловко: - Алеша... Когда тебя думают выписывать? Это главный вопрос.

    - Не знаю. По разговорам врачей - не очень скоро. Это дурацкое  ранение открылось... Вы не представляете, как надоело мне лежать тут, хоть удирай!

    - Ты должен, безусловно, бежать! - воскликнул  Гребнин.  -  И  мы  тебе поможем. Ночью откроешь окна - и конец простыни  будет  у  тебя.  Ну,  ты, конечно, привяжешь конец простыни за ножку кровати и...

    - И... сначала Алешка, а  потом  и  кровать,  вытянутая  его  тяжестью, попеременно обрушатся на голову Сашке, который будет стоять  под  окном  и держать под уздцы двух вороных коней, из-под копыт  которых  будут  лететь снопы искр, - в тон ему договорил Дроздов  и,  отдернув  рукав  халата  от своих трофейных часов, показал их Гребнину. - С твоим трепом  ушло  время. Увольнительная у нас  на  полчаса  фактически  -  отпустили  со  строевой, Алеша...

    - Эх, жаль, не досказал тебе одну историю! - сказал Гребнин сокрушенно.

 

Фотогалерея

Bondarev 16
Bondarev 15
Bondarev 14
Bondarev 13
Bondarev 12

Статьи














Читать также


Рассказы
Поиск по книгам:


Голосование
Импонирует ли Вам видение ВОВ Бондарева Ю.В.?


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту