Бондарев Юрий Васильевич
(1896—1988)
Романы
Краткое содержание

241

под ногами, в разорванной щели среди людей  мелькнула  цепь  милиционеров, рядом цепь каких-то штатских, взявшихся за руки.

    - Ася-а!..

    - Костя!.. - услышал он в вое голосов, надсадных командах  милиционеров слабый Асин крик и из передних сил рванулся на него, в эту  образовавшуюся в толпе щель. И, едва не плача, увидел ее руки, охватившие  фонарь,  щеку, придавившуюся к столбу, закрытые, замершие веки.

    - Ася!.. Ася! Родная моя!.. - Он оторвал ее от столба, повернул к себе, заглядывая в будто кричащие, с  крупными  слезами  глаза,  капельки  крови проступали из прикушенной нижней губы. - Ася... Ася... Ася...  -  повторял он. - Ася, что? Что?" Ася...

    Он не мог ничего больше выговорить. Он инстинктивно прижал ее,  пригнул голову к своей потной шее и, резко двинувшись спиной, потянул ее сейчас же в узкую щель  разбившейся  толпы  перед  цепью  милиционеров.  А  она  еще пыталась отогнуть голову, оглянуться назад, и он чувствовал своей  горячей мокрой шеей ее незнакомый вздрагивающий голос:

    - Возле фонаря... там... мальчика... мальчика... Ты ничего... Ты ничего не видел?

    - Сюда! Сюда!.. Прижимайся ко мне! Сюда!..

    Толпа в этот миг стиснула  их,  охватила  толщей  трущихся  тел;  люди, сминая цепь милиционеров, ринулись  в  неширокий  проход  между  стоявшими поперек улиц грузовиками. Константина ударило спиной о кузов, и  он  успел прижать Асю к себе, страшным усилием всех мускулов, рвя на спине куртку  о кузов, успел ее повернуть боком к радиатору.

    Почему-то у ската машины зачернела куча галош, огромных,  растоптанных, и детских,  на  красной  подкладке,  и  почему-то  непонятно,  разноголосо вырывался детский плач из-под машины.

    Константин, как в пелене, различал; копошились там, высовывались из-под днища тонкие ножки в чулочках,  появлялись  возле  колес  красные  ребячьи пальчики, упирающиеся в месиво грязи; оттуда несся детский вопль:

    - Мама! Ма-ма! Ма-амочка!

    Константин повторял хрипло:

    - Сюда! Сюда!

    С трудом он разжал руки, не выпуская Асю, и еще продвинулся  на  шаг  к борту машины - и в ту же секунду толкнул ее на подножку. Она упала на нее, не вытирая слез боли, сбегающих  по  щекам,  прикусывая  губы,  сочившиеся капельками крови. И молча смотрела на него.

    - Ася! Что? Что? - крикнул он. - Ася, ну что?

    Она разжала губы.

    - Ничего, милый... Ничего, мой мил...

    - Ася! Что? Ну скажи же, скажи - больно? Живот?..

    Она глотала душившие ее рыдания.

    - Там... у фонаря...  Мальчик!..  А  люди,  люди...  что  с  ними!  Мне кажется... я наступила на него. Его не успели... - Сдерживая  стук  зубов, она закрыла лицо руками. - Что же это... милый? Что  же  это?  Почему  это случилось? Почему? Здесь дети под машиной... Они залезли под машину. Зачем здесь дети? И тот мальчик...

    Оглушенный детским воплем из-под машины, рокотом  толпы,  напирающей  в спину, Константин, глядя на Асю, испугался этих  ярких  капелек  крови  на губах, ее уже странно прижатых к животу рук  и,  увидев  это,  едва  сумел выговорить:

    - Его успели... Асенька. Его подняли. Ты ни на кого не наступила.  Тебе показалось, родная...

    Толпа чугунными толчками  давила  на  спину  Константина,  все  плотнее притискивая его к машине,

 

Фотогалерея

Bondarev 16
Bondarev 15
Bondarev 14
Bondarev 13
Bondarev 12

Статьи














Читать также


Рассказы
Поиск по книгам:


Голосование
Импонирует ли Вам видение ВОВ Бондарева Ю.В.?


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту