Бондарев Юрий Васильевич
(1896—1988)
Романы
Краткое содержание

209

Иванович! Меня интересуют доносы. Все копии ваших доносов! Вы меня поняли? И если вы сделаете шаг к двери... - выговорил он с угрожающим покоем в голосе. - Я не ручаюсь за себя! Руки чешутся, терпения нет! Ясно? Будете орать - придушу вот этой подушкой. Все поняли?

    Быков, болезненно выкатив белки, не закончил  наливать  из  графинчика, синие губы собрались трубочкой, пробормотал:

    - Ты - как?.. Как?..

    Он стукнул графинчиком о стол около недолитой  рюмки;  щеки  его  стали пепельно-серыми, кожа натянулась на скулах.

    - Эх ты, Константна, Константин!.. За кого ж принимаешь меня?..  О  чем говоришь? Неужели серьезно ты?

    - Благодетель вы мой, запомните - я вас не идеализирую!  -  Константин, все покусывая усики, твердо глядел сверху вниз в лицо Быкова. - Ну, я  жду основное: копии доносов. Первый  -  на  Николая  Григорьевича  Вохминцева. Второй - на меня. Хочу познакомиться с содержанием -  и  только.  Вы  меня поняли?

    Стало тихо. Было слышно, как жужжал электрический счетчик на кухне.

    Быков отрывисто и горько засмеялся.

    - Эх ты, герой, ерой. - Он задергал головой; капельки  влаги  выступили на покрасневших веках. - Я к тебе как к человеку, Константин, а ты  -  эх! Герой, а у ероя еморрой! Налетчик! Ты знаешь, что  за  это  тебе  будет?.. Знаешь, что бывает по закону за насилие?  За  решетку  посадят!  Жизнь  на карту ставишь?

    - Да, Петр Иванович! Пока вы строчите доносики - ставлю. Пока.

    - Значит, что ж - убить меня, Константин, хочешь?

    - Может быть. Где копни доносов?

    - Какие доносы? Обезумел? - вскричал Быков. - С Канатчиковой сбежал?

    - Вот что, Петр Иванович, - сказал Константин. - Вы сейчас сделаете то, что я вам скажу, иначе...  Когда  у  вас  была  очная  ставка  с  Николаем Григорьевичем? В сорок девятом году? В этом же году вы настрочили  доносик на меня после истории с бостоном? Ну? Так? Иди иначе?

    - Врешь!

    - Садитесь к столу! - Константин резко пододвинул  бумагу  на  середину стола. - А ну, берите ручку, пишите! Вы напишете то, что я вам скажу.

    - Что-о?

    - Вы напишете то, что я вам продиктую! И это будет правдой.

    - Да ты что - с Канатчиковой сбежал? - выговорил  Быков  и  отступил  к дивану, широкие рукава пижамы болтались  на  запястье.  -  Чего  я  должен писать? С какой стати? Чего выдумал?..

    - Вы это сделаете! - оборвал Константин. - Сейчас сделаете! Садитесь  к столу! Что смотрите?

    Константин с силой  подтолкнул  Быкова  к  столу,  чувствуя  рукой  его дряблое, незащищающееся тело, но то, что он делал в этой комнате, пахнущей сладковатым лаком старой мебели, и то, что говорил, - все как будто  делал и говорил не он, не Константин, а кто-то другой, незнакомый ему.  И  вдруг на секунду ему показалось - все, что делал  он,  слышал  и  видел  сейчас, происходило как будто бы и существовало в отдалении: и  странно  малиновый купол торшера, и стол, и деньги на столе, и звук своего голоса, и  ватный, ныряющий голос Быкова, и движения собственных рук, ощутивших дряблое тело. Где-то в неощутимом  мире  жили,  работали,  целовались,  ждали,  плакали, любили, гасили и зажигали свет в комнатах люди, где-то медленно шел  снег, горели фонари и по-вечернему светились витрины магазинов, но

 

Фотогалерея

Bondarev 16
Bondarev 15
Bondarev 14
Bondarev 13
Bondarev 12

Статьи














Читать также


Рассказы
Поиск по книгам:


Голосование
Импонирует ли Вам видение ВОВ Бондарева Ю.В.?


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту