Бондарев Юрий Васильевич
(1896—1988)
Романы
Краткое содержание

205

  - Вы не двоюродный ли  брат  коммерческого  директора  Петра  Ивановича Быкова? Вы хозяйственник, не правда ли?

    - Малахольный... Нас везет малахольный шофер!  Вы  трезвы,  товарищ?  - Грузный пыхнул хохотом, придерживая  на  коленях  портфель.  -  Какой  еще Быков, драгоценный мой?

    Константин сказал:

    - Мне показалось. Извините, если ошибся.  Площадь  Ногина.  Прошу  вас. Министерство угольной промышленности. По счетчику. И ни копейки больше.

    Он остановил  машину  у  подъезда,  насмешливо  взглянул  на  грузного, завозившегося с полой драпового пальто - доставал деньги.

    Они вышли. Грузный, заплатив точно по счетчику, зашагал по  хрустевшему стеклу застывших луж -  к  подъезду,  у  широкой  двери  сердито-удивленно оглянулся, двое тоже оглянулись -  Константин  с  бесстрастным  выражением смотрел на серое здание министерства.

    На бульварах он  обогнал  "Победу"  Сенечки  Легостаева  и  притормозил машину, опустив стекло, - студеный воздух, металлически  пахнущий  ледком, мерзлой корой зимних бульваров, охолодил лицо. И тотчас  Сенечка,  заметив притершуюся рядом  машину,  нагловато  ухмыляясь,  убрал  стекло,  крикнул Константину:

    - Как делишки? Живем?

    - Пожалуй.

    - Вечером, Костька, время найдешь? Хочу  познакомить  тебя!  Прелестные девушки! - Легостаев сдвинул со лба шапку, моргнул на  заднее  сиденье.  - Как, а? Первый класс!.. Глянь! Убиться можно!

    - Знаешь что...

    - Так как? А?

    К стеклу из глубины сиденья наклонились, прислонясь щеками, два женских напудренных личика - одинаковые пуховые шапочки, кругло подведенные брови, чересчур  алые  губы  выделялись  вместе  с  расширенными  вопросительными глазами. Одна из них, оценивающе сощурясь, равнодушно поманила пальчиком в черной  кожаной  перчатке.  Константин  усмехнулся,  отрицательно  покачал головой. И тогда  другая,  постарше,  вздернув  черные  выщипанные  брови, грубовато просунула кисть к  щеке  молоденькой,  рывком  отклонила  ее  от стекла и, засмеявшись Константину мужским смехом, поцеловала ее в губы.

    - Как? Шик! Парижские девочки! - подмигнул Легостаев  восхищенно.  -  И такие по земле ходят! Дурак ты женатый, Костька!

    - Я бы тебе посоветовал бросать все это к  чертовой  матери!  -  сказал Константин. - Ты это понял?

    - Чихать я хотел! К чему придерешься? - крикнул Легостаев. - Пусть план с меня требуют! Чего бояться-то? Я человек честный!

    - А я бы тебе посоветовал бросать это к черту, - повторил Константин. - Ты понял, Сенька?

    - Живи, Костька!

    "Победа" Легостаева  свернула  в  переулок,  и  Константин,  нахмурясь, поднял стекло - машину продуло жестким холодом, выстудило тепло печки;  он подумал почти с завистью: "Сенечка живет как хочет. Что ж,  когда-то  и  я жил так, не задумываясь ни над чем. Но тогда не было Аси, тогда ничего  не было. Было только ожидание. Что же это со мной? Страх  за  себя?  За  Асю? Страх? Может быть, опыт рождает страх?  Привычка  к  опасности  -  вранье! Только в первом бою все пули летят мимо. Потом - рядом  гибель  других,  и круг суживается..."

    Он вывел машину на Манежную площадь и посмотрел на  ресторан  "Москва", испытывая щекочущий холодок в груди, затормозил в ряду машин  у  светофора возле

 

Фотогалерея

Bondarev 16
Bondarev 15
Bondarev 14
Bondarev 13
Bondarev 12

Статьи














Читать также


Рассказы
Поиск по книгам:


Голосование
Импонирует ли Вам видение ВОВ Бондарева Ю.В.?


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту