Бондарев Юрий Васильевич
(1896—1988)
Романы
Краткое содержание

194

  бочкой,    покуривая,    и    лениво переговаривались - как всегда, отдыхали перед линией.

    Белое и морозное  февральское  солнце  отвесно  падало  сквозь  широкие стекла.

    Михеев сидел на  краешке  скамьи,  мял  в  руках  Константинову  шапку, заглядывал внутрь ее, казалось -  не  участвовал  в  разговорах;  круглое, плохо выбритое лицо было угрюмым.

    - Привет лучшим водителям!  -  сказал  Константин,  пожимая  руки  всем подряд, а Михеева еще  и  ударил  ладонью  по  плечу.  -  Как,  Илюшенька, настроение? Что ты видишь в донышке моей шапчонки?

    Слова  эти  вырвались  почти  произвольно,  однако  он  произнес  их  с испытывающим ожиданием. Михеев резко вскинул глаза на Константина, сомкнул пухлые губы, и Константин так же неожиданно для себя сказал оживленно:

    - Недавно под настроение махнули с  Илюшей  "головными  приборами".  Он оторвал мою пыжиковую, а я его - заячью. Пришлось ее поставить  на  комод, как клобук мыслителя. Показываю соседям по квартире. Ажиотаж. Крики "ура". Выломали дверь. Был запрос из  Исторического  музея.  Не  успеваю  снимать телефонную трубку. Что делать, братцы?

    В курилке засмеялись. Михеев, не  разжимая  губ,  молчал,  кончики  его ушей, полуприкрытые волосами, заалели, ярко видимые под солнцем.

    - За мной, Илюша, в воскресенье сто граммов с прицепом и даже с  двумя, - произнес Константин,  сел  между  Михеевым  и  пожилым  шофером  Федором Плещеем, удобно развалившимся на скамье.

    - Его на маргарине не проведешь. Он  тебя,  Костя,  разгуляет  на  твои деньги! - отозвался Плещей и скосил на Михеева глаза, ясные,  независимые. - Ну, выдай-ка, Илюха, последнее сообщение.  Стоит  ли  масло  покупать  в магазинах и лекарстве в аптеках? Ну? Откровенно! С плеча лупани! Ты хорошо обстановку в стране понимаешь.

    Было Плещею лет сорок пять, тяжелый, крупный, даже грузноватый,  с  уже белеющими висками - от фигуры его, от умного и как  бы  неотесанного  лица веяло самоуверенностью человека, знающего себе цену.

    Работал он когда-то в грузчиках, и, может быть, вследствие этого и  его нестеснительной прямоты, особенно густого баса, звучавшего иногда  на  все этажи гаража, сумел прочно и независимо поставить себя в парке.

    - Так как же, Плюха? - повторил Плещей. - Масло можно  покупать  -  или отравили его... эти самые? Или разве одну картошку можно? Расскажи-ка! Что говорил мне - сообщи всем. Полезно для  высокой  бдительности.  Мы,  брат, разных пассажиров возим. Ухо надо пристрелять. Ну, нажми на акселератор  - и рубани за жизнь! И все станет ясным!

    - Вы всегда разыгрываете и преувеличиваете, Федор  Иванович,  -  сказал шофер Акимов, сдержанно обращаясь к Плещею.

    - Добряк! - захохотал Плещей. - Иисус Христос ты, Акимов!

    Михеев поерзал, обеспокоенно перевел глаза на Акимова, на лицо  Плещея, потом на молча раскуривавшего сигарету Константина.

    Акимов - бывший летчик, - без  шапки,  светловолосый,  в  короткой,  на "молниях"  меховой  куртке,  стоял,  прислонясь  к  бочке,    с    серьезной задумчивостью покусывая спичку. Сказал:

    - Ну что мы все время Илюшу разыгрываем? Хватит.

    - Майор милиции вынул лупу и посмотрел на физиономию  пострадавшего,  - вставил дурашливо Сенечка Легостаев.

   

 

Фотогалерея

Bondarev 16
Bondarev 15
Bondarev 14
Bondarev 13
Bondarev 12

Статьи














Читать также


Рассказы
Поиск по книгам:


Голосование
Импонирует ли Вам видение ВОВ Бондарева Ю.В.?


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту