Бондарев Юрий Васильевич
(1896—1988)
Романы
Краткое содержание

182

Михеева.  Он  меня заинтриговал. Просто любопытно: зачем он?

    - Он неотразимый мужчина, ловелас, холостяк. И конечно,  мушкетер.  Это все у него есть. В избытке. Милый человек. Правда, Кембридж не кончал.

    Константин, уже одетый, только не  застегнута  была  байковая  домашняя ковбойка, подошел к Асе, успокоительно поцеловал ее в край рта.

    - Ася, я могу поклясться... Ну вот он, черт его подери! Наверно,  будет просить подменить его. Как всегда.

    Звонок дернулся в коридоре, затрещал и смолк, и Ася, сейчас же выйдя  и не закрыв дверь, звучно, быстро щелкнула в коридоре замком. Донесся как бы натруженный голос Михеева: "К Корабельникову  можно?"  -  и  откашливание, топот, и в вопросительном сопровождении Аси Михеев - в бараньем полушубке, шапка на голове - медведем шагнул в комнату, не глядя  на  Константина,  а любопытно, вприщур озирая стены.

    - Здоров, Константин. В постелях валялся?

    - Привет, Илюша, - сказал Константин. - Поздравляю.

    - С чем это?

    - С весенней погодкой.

    - Какая там весна! Закрутит еще. - Михеев  покосился  на  Асю  с  явным неудобством от ее внимательного взгляда. - Извиняюсь,  с  вами  это  я  по телефону?

    - Да. Раздевайтесь и садитесь, - сказала Ася. - Давайте я  повешу  ваши полушубок и шапку.

    - Да нет. Мне, значит... вот, - хмуро замялся  Михеев  и  неловко  снял шапку, вытер ею лоб. - Разговор... Промежду мною и вашим мужем.

    Ася, отвернувшись, сказала:

    - Ну, хорошо. Я пошла, Костя, не провожай.

    - До свидания, Ася. Я буду встречать.

    И когда вышла она и потом бухнула пружиной дверь парадного, Михеев, все стоя, переводил немигающие птичьи глаза с неприбранного дивана на  книжные полки, от буфета на коврик в другой комнате; коричневое  его  лицо  словно застыло.

    - Культурно  живешь,  -  проговорил  наконец  Михеев.  -  Чисто,  книги читаешь. А это жена твоя? Цыганочка, что ли? Нерусская? Так глазищами меня и стригла, ровно ножницами. Нерусская, так?

    - Француженка, - сказал Константин. - Привез из  Парижа  до  революции. Балерина из оперы, внучка Альфреда де Мюссе. Раздевайся, Илюша. Ты все  же шофер такси, культуру, так сказать, в массы несешь!

    - Ладно уж...

    Михеев не снял полушубка, сел, оперся локтем об угол стола,  пристально и  заинтересованно  продолжая  осматривать  мебель  в  комнате,    задержал внимание на Асиных тапочках около дивана, поерзал на стуле.

    - Если б я женился, покрепче женщину  взял,  -  сказал  он  завистливым голосом. - Былинка больно  -  жинка  твоя.  Оно,  конечно,  дело  понятия. Худенькие да интеллигентные - аза-артные! - И он вроде  бы  улыбнулся,  на миг показав зубы. - Говорят. Я сам это дело не уважаю.

    - А я  не  уважаю,  когда  ты  бросаешься  в  философию,  -  насмешливо проговорил Константин. - Так, дорогой знаток женщин, можно и  промеж  ушей схлопотать. Это я тебе обещаю.

    И, перехватив взгляд Михеева, свернул, сунул  постель  в  ящик  дивана, задвинул тапочки под стол, спросил:

    - Что новенького скажешь, Илюшенька?

    Михеев  притиснул  рукой  шапку  к  коленям,  произнес,  задетый  тоном Константина:

    - Ох, Костя, не ссорься со мной. Я тебе нужный человек.  Насмешничаешь? Как бы не заплакали...

    - Я  же  люблю  тебя,  Илюша.

 

Фотогалерея

Bondarev 16
Bondarev 15
Bondarev 14
Bondarev 13
Bondarev 12

Статьи














Читать также


Рассказы
Поиск по книгам:


Голосование
Импонирует ли Вам видение ВОВ Бондарева Ю.В.?


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту