Бондарев Юрий Васильевич
(1896—1988)
Романы
Краткое содержание

59

на  всей  скорости  скользящих  по  этому  блеску    длинных    машин генерального штаба, педантично выбритых  патрулей,  офицеров  в  плащах  с пелеринами; нигде уже не было обычных ежедневных  прохожих,  приподымающих шляпы при встречах, покупающих в киосках  свежие  газеты,  и  молоденький, хорошо причесанный, веселый кельнер в белоснежном переднике уже не нес  на подносе кружку холодного янтарного пива, не перебегал  деловито  улицу  от ближнего  бара  к  парикмахерской,  где    брился    какой-нибудь    любитель разнеженно отдохнуть в кресле после душистой мыльной пены на щеках, мягкой бритвы, пахучего одеколона, после горячего компресса, приятно распарившего кожу лица.

    Прежнего добропорядочного, строгорежимного и  размеренного  Берлина  не было.

    Батарея, в которой  Никитин  командовал  взводом,  наступала  вместе  с пехотой восточное Тиргартена по направлению  к  бункерам  рейхсканцелярии, метр за метром продвигалась  по  широкой  аллее,  мимо  какого-то  глухого забора, - с той стороны сквозь отдаленное гудение  танков  жарко  и  часто рассыпалась автоматная пальба, простроченная грубыми очередями  пулеметов. И раза два почудилось - донесся оттуда дикий  утробный  рев  (так  не  мог кричать человек), и вездесущий подносчик  снарядов  Ушатиков,  белобровый, длинношеий парень, по причине наивности не перестававший всему удивляться, подбежал к Никитину и, испуганно вытаращив голубиные глаза, сообщил, что в проломе забора вроде видны под деревьями клетки  со  зверями,  и,  кажись, слои на горке  с  поднятым  хоботом  ходит,  а  также  наши,  похоже,  без выстрелов по дорожкам продвигаются, но  по  ним  фаустники  и  автоматчики спереди лупят, и тридцатьчетверка перед мостиком горит.

    Никитин по разговорам знал, что левее их дивизии введены  в  бой  танки генерала Катукова, и в тот момент,  когда  Ушатиков  сообщил  о  появлении тридцатьчетверок  в  зоопарке,  почувствовал  вдруг  свои  орудия    вблизи бункеров и подумал только:

    "Рядом".

    Двое суток через проломы в домах, по навалам кирпича и щебня  в  бывших квартирах, через обваленные балки перекрытий батарея на руках  подтягивала орудия до района Цоо. Северо-западные подходы к  зоопарку  простреливались днем и ночью мощными точками обороны на углах забаррикадированных  улиц  - проскочить на машинах было невозможно. А  когда  наконец  выкатили  первые орудия  на  влажную  прошлогоднюю  листву  огромного  парка,  еще  сырого, сквозистого, пахнущего осенней прелью, но уже молодо и  нежно  зеленеющего листочками, когда открыли огонь по ближним самоходкам, стоявшим  полудугой за кустами, всю батарею охватило неудержимое, сумасшедшее неистовство.

    Самоходки, медленно пятясь, отходили в чащу  по  каким-то  знакомым  им дорогам, вновь выползали на перекрестки аллей, пехота впереди  залегала  и подымалась, рассачивалась меж деревьев, автоматные очереди, беглые раскаты орудий срывали с  сотрясаемых  ветвей  молодую  листву,  и  дым  выстрелов самоходок и выстрелов батарей, поспешно мелькающие в нем  кометы  разрывов сплошь скрыли черно-лиловой наволочью небо над парком, и потерялся  отсчет времени - утро было, день или сумерки, - и появлялась отчаянная мысль, что потонувший в непробиваемой

 

Фотогалерея

Bondarev 16
Bondarev 15
Bondarev 14
Bondarev 13
Bondarev 12

Статьи














Читать также


Рассказы
Поиск по книгам:


Голосование
Импонирует ли Вам видение ВОВ Бондарева Ю.В.?


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту