Бондарев Юрий Васильевич
(1896—1988)
Романы
Краткое содержание

155

братцы...

    Косов,  как  бы  отталкиваясь  маленьким  кулаком  от  железных  спинок кроватей, кругами заходил по комнате.

    - Когда я набирал  себе  в  разведку,  то  всегда  узнавал  ребят  так. Подходил к какому-нибудь верзиле сзади  и  стрелял  над  ухом  из  нагана. Вздрагивал, пугался - не брал. Пугливых в разведке не надо. И  пугливых  в партии не надо. Мы что - трусим? Полны штаны? Нет,  надо  идти  в  райком, братцы! Сами себя перестанем уважать. Нет, Сережка, надо, надо! Все  равно надо! Этот дуб Свиридов под ручку с Уваровым  такую  чистоту  в  институте наведут - ни одного стоящего парня не останется! Ну ты как, Мишка? Ты как?

    Подгорный ответил после раздумья:

    - Дашь сигнал  к  атаке  -  пойду.  Танки  артиллерию  поддерживали.  И наоборот. - И темно-золотистые глаза его улыбнулись Сергею не весело, не с фальшивой бодростью, а как-то очень уж грустно.

    В ознобе Сергей прислонился спиной к косяку двери, стараясь  согреться, но чувствовал, как мерзли от  промокшего  плаща  лопатки,  а  голова  была туманной, горячей, - и смутно появившаяся на секунду мысль о том,  что  он может заболеть, вызывала странное, похожее на  облегчающий  покой  желание полежать несколько дней в чистой постели, забыться, не думать ни о чем. Он знал, что этого не сможет сделать.

    - Я провожу вас до  автобуса,  -  сказал  он.  -  Вам,  наверно,  пора? Собирайтесь - я подожду.

    - А! - отчаянно произнес Косов, рубанув рукой по воздуху. - Деньки, как в бреду... беременной медузы! Собирай,  братцы,  манатки!  И  -  гайда  до осени. А осенью - или пан, или пропал. Или грудь в крестах,  или...  -  Он поднял свой чемодан и резким движением бросил на стол.

    - Пан. Прошу пана - пан, - без улыбки отозвался Подгорный.

    Они собрались быстро - студенческое количество их  вещей  не  требовало большого времени для сборов, в пять минут все  было  готово.  Косов  одним нажатием колена на крышку  управился  и  с  чемоданом  Морковина,  сказал, небрежно пробуя на вес: "Чемоданчик ничего себе - аж углы  перекосились!", а Морковин затоптался возле Косова,  отворачивая  свое  круглое  конопатое лицо, пробормотал с беспокойством:

    - Разве уж тяжелый?

    - Ладно! - обрезал Косов. - Пошли. Понесешь  мой  чемодан,  я  -  твой. Боюсь, для твоего чемодана у тебя слабы бицепсы.

    А когда выходили они из общежития и Косов  легко  перемахнул  из  одной руки в другую тяжелейший деревянный чемодан  Морковина,  Сергей  почему-то вспомнил известную слабость Косова -  демонстрировать  свою  силу:  о  нем говорили, что, если потребуется перенести все шкафы и столы  из  аудиторий во двор и обратно, Косов один сделает это с удовольствием.

    И хотя Сергей понимал, что и Косов и Подгорный знали то, что знал он, и чувствовали все, как он, и оценивали многое так же, однако  он  все  время ощущал свое отличие от них - это  письме  отца  в  нагрудном  кармане  под плащом - и думал, что они не знали всего так оголенно, больно и так ясно.

    Они вместе - все четверо -  дошли  до  автобусной  остановки  и  здесь, остановившись на краю тротуара под фонарем, в стеклянный  колпак  которого буйно хлестали дождевые струи, стали прощаться.

    - Старик, до осени, - сказал резковато Косов, глядя

 
Сироп для кофе monin разные продукты сироп monin.

Фотогалерея

Bondarev 16
Bondarev 15
Bondarev 14
Bondarev 13
Bondarev 12

Статьи














Читать также


Рассказы
Поиск по книгам:


Голосование
Импонирует ли Вам видение ВОВ Бондарева Ю.В.?


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту