Бондарев Юрий Васильевич
(1896—1988)
Романы
Краткое содержание

151

завален обрывками чертежей, на подоконниках валялись пузырьки из-под  туши - и здесь был тот же ремонтный беспорядок.

    Час отдыха заключался в том, что в  дальнем  конце  комнаты,  на  голой сетке, подложив под голову стопу учебников, лежал, вытянув ноги в  носках, Подгорный и задумчиво курил, на ощупь стряхивая пепел в  горлышко  бутылки из-под пива, стоявшей на полу.

    Рядом в широких и длинных болтающихся трусах, в майке, потно  прилипшей к  толстой  спине,  возился,  трещал  деревянным,  как  сундук,  чемоданом Морковин; наваливаясь коленом на крышку,  он  дышал  озлобленно  и  шумно: что-то не умещалось. Подгорный не обращал на него внимания.

    - Здорово, - сказал Сергей. - Час отдыха? А где Косов?

    Он остановился посреди комнаты, руки в карманах, с плаща капало,  капли шлепали по газетам на полу.

    Подгорный быстро повернул лицо к нему,  глаза  округлились,  лоб  пошел гармошкой; и приподнялся, уставясь на ботинки Сергея, обляпанные грязью.

    - Здоров... Сережка! Ты к нам?..

    Морковин  вскинулся    возле    чемодана,    переступая    толстыми,    чуть кривоватыми ногами, учащенно замигал рыжими ресницами. И,  хлюпнув  носом, спросил с изумлением:

    - Это как же? Значит, исключили тебя? И ты как? И на практику не едешь?

    Подгорный затолкал окурок в горлышко бутылки, оборвал его ядовито:

    - Ты бачил, Сережа, морковинский сундук? Думаешь, он горную  литературу везет? Заблуждение. Старые галоши, разбитые ботинки, драные  рубахи  -  як собака рвала, а все в сундук кладет. Хозяин! Пригодится на практике. А  ты думал! Он знает. Три часа укладывает.  Во,  погляди,  Серега.  Да  еще  на сундуке замок. Он у нас голова-а! Мыслитель! Аж над башкой сияние.

    - Отцепись! - Морковин дернул носом, не отводя взгляда от Сергея.  -  И на практику уже не едешь? - опять спросил он, съеживаясь.  -  Значит,  все теперь? Как же тебя, выключили?

    Он, видимо, наивно не понимал, как могло случиться  это  с  Сергеем,  и Сергей, осматривая комнату общежития, молчал, как будто необычным был  его приход сюда, куда часто приходил он прежде.

    - Вот, заметил? Над башкой нимб мыслей. Сокра-ат! И за что ему четверки ставят, мыслителю калужскому? - съязвил Подгорный. - Садись, Сергей. Ну що стоишь? Григорий по "Гастрономам" бегает.  Консервы  на  дорогу...  Сейчас прибудет. - Он вроде раздраженно покачался на кровати, зазвенел пружинами. - Слухай, Морковин, шел бы ты погулять по коридорам. Ну погуляй,  погуляй, хлопче!

    - Не лезь! - зло огрызнулся Морковин. - Куда ты меня выгоняешь?

    И демонстративно сел на чемодан, выставив толстые колени.

    - Да! - Подгорный тоскливо перекатил глаза  на  Морковина.  -  Бес  его возьми, ведь через два часа уезжаем. Слышь, Сережка, через два...

    - Значит, через два часа? - проговорил как бы про  себя  Сергей  и,  не вынимая рук из карманов, зашагал по  комнате;  под  его  ногами  шелестела бумага, сырой  плащ  задевал  за  угол  стола,  за  спинки  кроватей;  он, казалось, пьяно, по-больному  пошатывался;  лицо  за  эти  дни  осунулось, похудело. Потом он задержался против окна, вынул  одну  руку  из  кармана, зачем-то начал трогать, переставлять на подоконнике пустые пузырьки из-под туши, сказал, не обращаясь ни к кому

 

Фотогалерея

Bondarev 16
Bondarev 15
Bondarev 14
Bondarev 13
Bondarev 12

Статьи














Читать также


Рассказы
Поиск по книгам:


Голосование
Импонирует ли Вам видение ВОВ Бондарева Ю.В.?


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту