Бондарев Юрий Васильевич
(1896—1988)
Романы
Краткое содержание

124

в глаза! -  не  так  накаленно,  но  жестко  выговорил  Свиридов  и заковылял к Сергею. - Ты знал, что, как коммунист, обязан был  написать  в партбюро о том, что отец арестован? Или ты первый день в партии?

    - Мой отец невиновен. Произошла ошибка.

    -  Ты  что  -  гарантируешь?  Подумай  трезво  -  органы  ошибочно    не арестовывают. Может быть, гарантируешь невиновность Холмина, а?  Давай  не будем разговаривать по-детски. Факты - упрямая вещь. Ты что же  -  органам МГБ не доверяешь?

    Сергей  встал,  и  что-то  горячо  повернулось  в  нем,  как  в    самые ожесточенные минуты  боя,  он  уже  не  хотел  оценивать  отдельные  слова Свиридова, бьющие в лицо сухой пылью, он улавливал и  понимал  лишь  общий смысл близкой опасности. Он еще ждал, что Морозов вступит в  разговор,  но тот, прикрыв лоб козырьком руки, молча глядел в окно.

    - Может быть, ты скажешь, что Холмина арестовали по ошибке? -  цепко  и зло спросил Свиридов. - Вот наш коммунист, твой  товарищ  Аркадий  Уваров, сам нашел эти поганые стишки в его столе. Ты понял, чем пахнут эти стишки?

    - Нехорошо, Сережа, нехорошо, - мягким голосом заговорил Уваров. -  Сын за отца, конечно, не  отвечает.  Но  ведь  были  у  тебя,  Сережа,  личные контакты с отцом, разговоры откровенные были. Чего уж скрывать. И если  ты замечал что-либо - надо быть бдительным...  И  тем  более  ты  обязан  был сообщить об аресте отца в партбюро.

    Все время, когда Свиридов говорил,  он  сидел,  опустив  веки,  но  при словах его о найденных в столе стихах он из-под век глянул на Свиридова  с короткой ненавистью и, заговорив, сейчас же перевел  взгляд  на  Сергея  - голубизна глаз была непроницаемо улыбчивой.

    - В этом случае коммунист должен быть выше личного,  Сережа.  Отец  это или жена... Знаешь, наверно: в гражданскую войну бывало - сын против  отца воевал. Классовая борьба не кончена еще. Наоборот, она  обостряется.  Если поколебался - моральная гибель, конец...

    И Сергей понял: это была тихая, но беспощадная атака на  уничтожение  - Свиридов верил каждому слову Уварова. Было четыре  года  затишья,  звучали случайные редкие выстрелы -  устойчивая  оборона,  белый  флаг  висел  над окопами -  расчетливый  Уваров  выждал  удобные  обстоятельства,  и  силы, которым Сергей теперь не  мог  сопротивляться,  окружали  его,  охватывали тисками, как бывало только во сне, когда один, без оружия попадешь в  плен -  немцы  тенями  касок  вырастают  на  бруствере,  врываются  в  блиндаж, связывают, и нет возможности даже пошевелить рукой...

    В эту секунду он осознал все - в бессилии  он  отступал.  И  вдруг  его недавняя  унизительная  улыбка,  фальшивое,    непроизвольное    рукопожатие показались ему взяткой, которую он, растерянный, впервые за все  эти  годы дал Уварову за лживый между ними мир.

    - Не знал, - проговорил Сергей хрипло. - Не знал... Почему я не знал? А что я должен говорить об отце? Подозревать отца? За что? В чем? Отец делал революцию... Он старый коммунист... Подозревать отца? Ты что говоришь? Что ты мне советуешь? Так только фашистские молодчики могли...

    Он взглянул на Уварова, на его мужественный, сильный подбородок -  стол разделял    их.    Уваров    сидел    неподвижно,    полуприкрыв

 
Самая свежая информация blanco tivo на нашем сайте.

Фотогалерея

Bondarev 16
Bondarev 15
Bondarev 14
Bondarev 13
Bondarev 12

Статьи














Читать также


Рассказы
Поиск по книгам:


Голосование
Импонирует ли Вам видение ВОВ Бондарева Ю.В.?


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту