Бондарев Юрий Васильевич
(1896—1988)
Романы
Краткое содержание

109

по толю:  сараев, после того как Сергей резко, с каким-то мстительным щелчком откинул мокрую ледяную щеколду, и оба - он и старший лейтенант - вошли в горько  пахнущую березовыми поленьями тьму.

    - Вот наш сарай, - сказал Сергей. - Ищите!

    Капли, просачиваясь сквозь дырявый толь, с тяжелым однообразным  звуком падали в щепу.

    Желтый луч  фонарика  пробежал  по  белым  торцам  поленьев,  сложенным штабелем, скакнул вниз, вверх; вспыхнула влажная щепа на  полу,  изморосно блеснула отсыревшая стена за штабелем поленьев, свет  прямым  коридорчиком уперся в стену, поискал что-то там.

    - А ну отбрасывайте поленья от стены! - скомандовал лейтенант. - В угол - дрова!

    - Что-о? - спросил  Сергей.  -  Дрова  перекидывать?  Хотите  искать  - перекидывайте! Нашли идиота! Ищите!

    Старший лейтенант круто выругался, отбросил несколько поленьев в  угол, внезапно луч фонарика впился в пол возле заляпанных грязью  сапог,  Сергей увидел перед собой  ртутно  скользнувшие  глаза,  едкий  табачный  перегар коснулся губ.

    - О себе не думаешь, ох, много болтаешь, парень. Ты институт  кончаешь, Сергей... Видишь, имя даже твое знаю. Давай по-простому, я тоже воевал,  - с неумелой мягкостью  заговорил  он.  -  О  себе  подумай,  тебе  институт закончить надо, инженером стать. А можешь его и не закончить... Я  воевал, и ты воевал. Я коммунист, и ты коммунист. Жизнь свою не порть. Я в лагерях видел Всяких. Где у отца троцкистская литература?

    Сергей молчал: крупные капли шлепались в щепу, одна  попала  Сергею  за ворот, ледяным холодом поползла по спине. Он проговорил насмешливо:

    - Вот здесь, за дровами, в подвале с подземным ходом. Ну ищи, откидывай дрова! Найдешь!

    - Смеешься, Сергей?

    - Плачу, а не смеюсь.

    - Та-ак.

    Старший лейтенант вплотную  приблизил  белеющее  лицо  к  лицу  Сергея, заговорил, тяжеловесно разделяя слова:

    - Смотри... другими... слезами... умоешься. - И резко возвысил голос: - А ну выходи из сарая!

    В комнатах все носило следы чужого прикосновения -  валялись  книги  на стульях, на диване, на полу; настежь были открыты дверцы буфета,  книжного шкафа, шифоньера, выдвинуты ящики стола  -  все  как  будто  насильственно сместилось, было сдвинуто, неопрятно обнажено.

    Капитан, обтирая покрасневший носик, уже устало ссутулился за обеденным столом, писал что-то автоматической ручкой, слезящиеся глаза его на  сером немолодом лице моргали  страдальчески  -  он  дышал  ртом,  лоб  морщился, короткие брови изредка подымались, как  у  человека,  готового  чихнуть  и сдерживающего себя.

    Перед ним на скатерти лежали на свету два обручальных кольца -  отца  и матери, хранимых почему-то отцом, наивно светились позолоченные  старинные серьги матери, кажется, подаренные ей молодым Николаем Григорьевичем еще в годы нэпа, слева стопкой  лежали  телефонная  книжка,  документы,  бумаги, старые письма.

    - Есть еще золотые вещи и драгоценности? - спросил капитан, обращаясь к Асе утомленно.

    - Нет, - шепотом ответила Ася. - Нет, нет...

    Капитан склонился над бумагой - светлая капелька собралась  на  кончике носа, звучно упала на бумагу.  Он  через  силу  сделал  нахмуренное  лицо, вместе с кашлем продолжительно высморкался - вся

 

Фотогалерея

Bondarev 16
Bondarev 15
Bondarev 14
Bondarev 13
Bondarev 12

Статьи














Читать также


Рассказы
Поиск по книгам:


Голосование
Импонирует ли Вам видение ВОВ Бондарева Ю.В.?


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту