Бондарев Юрий Васильевич
(1896—1988)
Романы
Краткое содержание

76

саду напрямик, к забору, утопая в рыхлых  клумбах,  плохо видя перед собой; заросли проволокой цеплялись за ноги, влажные ветви били по коленям, хватали, отбрасывали назад чемодан, ставший стопудовым.

    "Неужели так глупо, так глупо? Нет, нет! Не может быть, чтобы  все  так глупо!.. Что же это я?" - задыхаясь, думал Константин и почти наткнулся на штакетник, затемневший за акациями, различил деревянную калитку  и  ударил по ней носком ботинка. Крик Аверьянова толкнул его в затылок:

    - Я прошу!..

    - Черт  с  вами...  Живите...  -  ответил  со  злостью  Константин,  не оборачиваясь. - Черт с вами...

    И вышел на сумрачную перед рассветом улицу, темно  заросшую  каштанами, зашагал по пустынному тротуару под  чужими  окнами,  оглушая  себя  стуком своих шагов; и только когда впереди  заблестел  росой  незнакомый,  сплошь заросший  травой  пустырь,  каркас  разрушенного  дома,  тут    только    он остановился, обливаясь потом, не зная, куда пойти.

    "Куда? Где переночевать? Куда теперь?.." -  соображал  он  и,  поспешно отряхнув мокрые, облепленные лепестками брюки, двинулся торопливыми шагами наугад - к вокзалу.

    Когда он подходил к вокзалу, небо над домами краснело, нежно золотились кроны каштанов вдоль улицы, заспанные дворники уже звучно шаркали  метлами по брусчатке мостовых.

    И это тихое летнее утро с легчайшей  розоватостью  прозрачного  воздуха немного освежило Константина.

    Среди толчеи, смешанных звуков и запахов утреннего  вокзала  Константин окончательно пришел в себя - длинная очередь шумно толпилась  у  кассы  на Москву; окошечко было наглухо закрыто, висело объявление:  "Касса  справок не дает". В очереди ему сказали, что билетов на сегодня нет, что стоят  за семь суток, что, возможно, будет на сегодня лишь несколько мест за час  до отхода ночного поезда. А он твердо знал, что  должен  был  уехать  отсюда, уехать сегодня, чего бы это ни стоило, уехать  хоть  в  тамбуре,  хоть  на крыше, хоть на тормозной площадке товарного вагона.

    Четверть часа спустя он сдал чемодан в  камеру  хранения  и  теперь  со спокойным лицом вышел на  привокзальную  площадь,  уже  людную,  уже  южно блестевшую солнцем, жарким лаком легковых такси,  стеклами  ранних  и  еще свободных автобусов, и некоторое время  постоял  на  площади,  окаймленной кипевшей зеленью.

    Еще не зная, что делать, он перешел  площадь,  затем  на  привокзальной улице сел в маленький  полупустой  трамвай,  поехал  к  морю,  в  Аркадию. Трамвайчик, гремя, проворно катился в утренне-прохладном  зеленом  туннеле каштанов, из открытых окон упруго дул в  лицо  легкий  душистый  ветер,  и Константин думал: "Убить время до вечера".

    Он заплыл далеко от берега в теплой полуденной воде.

    Впереди на море серебрились солнечные поля,  темные  и  сияющие  косяки уходили  до  туго  натянутой  нити  горизонта;  там  шел,  дымил  в  синей бесконечности белейший  пароход,  постепенно  опускался  за  край  знойной синевы.

    Константин плыл не спеша, наслаждаясь запахом  воды,  движением  своего сильного тела, своим  дыханием;  зеркальное  сверкание  солнца  на  мелких волнах щекочуще ослепляло его. Он  с  фырканьем  окунался  в  это  игривое сверкание, в эту свежесть и влагу; лицо,

 

Фотогалерея

Bondarev 16
Bondarev 15
Bondarev 14
Bondarev 13
Bondarev 12

Статьи














Читать также


Рассказы
Поиск по книгам:


Голосование
Импонирует ли Вам видение ВОВ Бондарева Ю.В.?


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту