Бондарев Юрий Васильевич
(1896—1988)
Романы
Краткое содержание

44

    - Ну посмотри... Ну иди и посмотри на себя...  Какое  у  тебя  холодное лицо! Ну подожди. Я тебе объясню. Таня - моя подруга, еще с института. Это тебе ясно?

    И тут уже с улыбкой сняла с него шапку, бросила ее  на  полочку,  после этого стянула шинель, посадила Сергея на тахту возле себя.

    - Ну что тут особенного? Вообще, я не люблю объясняться, доказывать то, что ясно и не докажешь. Это напрасная трата душевных  сил.  Таня  ушла,  и все. Ну? Ясно? Да?

    Он сказал:

    - Я хотел спросить: Уваров тоже заходит к тебе?

    - Нет! - решительно ответила она. -  Почему  Уваров?  Мы  отмечали  мой приезд в Москву, Таня привела его в ресторан -  так  это  было.  И  больше ничего... Ну хватит, пожалуйста! Я ведь не задаю тебе никаких  вопросов  о твоих знакомых.

    - Я хочу, чтобы все было ясно.

    - А именно?

    - Потому что просто хочу ясности.

    - Какой ясности, Сережа?

    - Ты понимаешь, о чем я говорю.

    - Не совсем, Сережа. Неужели война делает людей жестокими?

    - Нина, кто были те, в ресторане... с тобой?..

    - Это были мальчики, Сережа, - сказала она протяжно, - мои знакомые  по экспедиции. Геологи. Они не такие, как  ты...  Просто  не  такие.  Они  не воевали...

    - Но ты ведь меня не знаешь.

    - Я догадываюсь. А разве ты меня знаешь, Сережа?

    Они помолчали.

    - Ты всегда  такая?  -  спросил  он  неловко.  -  Не  представляю  тебя где-нибудь  в  Сибири,  в  телогрейке.  Наверно,  рабочие  только  тем    и занимались, что пялили на тебя глаза.

    Она опять с улыбкой посмотрела ему в лицо.

    - Ну нет! Ошибаешься! Разве можно пялить глаза вот на такую женщину?  - Нина строго свела брови над переносицей,  сказала  притворным  хрипловатым голосом: "У вас, товарищ Сидоркин, опять лоток  не  в  порядке?  Где  ваши образцы? Почему не промыли?" Ну как? Интересная женщина? Не очень!

    Она засмеялась, наклонясь к нему,  отвела  за  ухо  завиток  каштановых волос, и он, с любопытством наблюдая за непостижимым изменением  ее  лица, засмеялся тоже, привлек ее за плечи, сказал:

    - Услышишь твой голос - и хочется встать "смирно". Еще не хватает:  "Вы что, первый день в армии, устава не  знаете?"  Хотел  бы  быть  под  твоей командой.

    - Как иногда мы все ошибаемся! - растягивая слоги, проговорила Нина.  - Нет, ты меня знаешь чуть-чуть, капельку.

    - Я просто подумал: что ты любишь и что ненавидишь? Подумал -  не  знаю почему.

    - Я ненавижу то, что и ты.

    - Нина, я не имею права задавать вопросы. И этого не надо.

    - Да. Я до сих пор ненавижу ночной  стук  в  дверь,  Сережа.  И  голос: "Откройте, почта..." Самые жуткие слова в мире.

    - Почему?

    - В войну мне принесли две похоронки. И обе - ночью. На отца и старшего брата. Мать умерла в Ленинграде. Это тебе понятно?

    - Да.

    - Что же ты еще не понимаешь во мне? - спросила Нина и, помолчав,  сама ответила: - Когда вижу почтальонов, я обхожу их. Я ненавижу ночь, я  боюсь войны. И то, что многие женщины еще носят телогрейки и сапоги, а я  платья и туфли, - это тебе понятно? Мне не так легко  жилось...  И  живется.  Как хочется тишины, Сережа!..

    - Как ты могла подумать, что я осуждаю тебя? За что?  -  Он  обнял  ее, увидел на ее плече,  на  сером  свитере  темное  пятнышко  грубой

 
Диссертация по экономике заказать диссертацию по экономике.

Фотогалерея

Bondarev 16
Bondarev 15
Bondarev 14
Bondarev 13
Bondarev 12

Статьи














Читать также


Рассказы
Поиск по книгам:


Голосование
Импонирует ли Вам видение ВОВ Бондарева Ю.В.?


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту