Бондарев Юрий Васильевич
(1896—1988)
Романы
Краткое содержание

40

- Категорический привет! Ты давно?

    Подошел Константин в роскошной пыжиковой  шапке,  в  кожанке  на  меху, красный шерстяной шарф по-модному подпирал подбородок. Сказал,  протягивая руку, нагретую меховой перчаткой:

    - Э-э, мордализация нахмуренная, решаешь мировые  проблемы?  Плюнь,  не решишь. Пойдем куда-нибудь пиво пить.

    - Подышим свежим воздухом, - хмуро сказал Сергей.

    Когда отошли на сотню шагов от метро, уже не дуло  банным  воздухом  из дверей вестибюля, острые лезвия мороза резали  по  лицу,  иней  оседал  на воротнике.

    -  Американские  миллиардеры  для  сохранения  здоровья  придерживаются гимнастики дыхания, - не выдержал молчания Константин. - На счет  "четыре" - вдох, на счет "четыре" - выдох. Делай,  братцы,  вдох  с  левой  ноги... Сделаем, братцы, по-армейски. Не желаете,  товарищ  Вохминцев,  изображать миллионера? Напрасно.

    - Помолчи, Костька...

    - Ясно. Готов слушать. Что стряслось?

    - Ничего. Иди и молчи.

    -  Не  могу!  -  взмолился  Константин  плачущим  голосом  и  перчаткою остервенело потеребил ухо. - Приятно прогуливаться  весной  с  хорошенькой девочкой под крендель, а  у  меня  обморожены  руки  и  уши  -  нахватался сталинградских морозов, хватит! Зайдем куда-нибудь! Хоть в  этот  знакомый павильончик.

    В    закусочной,    кивая    на    все    стороны      знакомым,      Константин бесцеремонно-вежливо растолкал стоявших и сидевших за  стойками,  потеснил кого-то шутя ("Братцы, всем место под солнцем"), очистил  край  столика  в углу, крикнул через головы:

    - Шурочка, принимай гостей - две кружки!

    Пили из толстых кружек,  залитых  пеной,  подогретое  пиво;  Константин густо  посыпал  края  кружки  солью,  отхлебывал,  вздыхая  через  ноздри, улыбался от явного удовольствия.

    - Ей-богу, Сережка, здесь клуб фронтовиков!

    Выло здесь многолюдно, тесно, накурено. Задушенная сизым дымом лампочка мутно горела под потолком. Голоса гудели, сталкивались  в  спертом  пивном воздухе, пахло селедкой,  оттаявшей  в  тепле  одеждой,  и  перемешивались разговоры, смех,  крики,  не  прекращающиеся  среди  серых  шинелей;  лишь уловить можно было недавнее, военное, знакомое:  "Плацдарм  на  Одере...", "Под Житомиром двинули танки Манштейна...", "В  сорок  третьем  стояли  на Букринском  плацдарме,  через  каждые  пять  минут    играли    "ванюши...", "Бомбежка - чепуха, самое, брат,  неприятное  -  мины..."  Мужские  голоса накалялись, гул  становился  густым,  хлопали  промерзшие  двери,  впуская морозный пар, он мешался с дымом над головами  людей;  из-за  столпившихся перед стойкой спин появлялось  игривое,  румяное  лицо  Шурочки,  звенящей стаканами.

    - Клуб, - повторил Константин,  подул  на  шапку  белой  пены,  спросил наконец: - Что все-таки случилось? Чего ощетинился?

    - Ерундовое настроение.

    - Почему "ерундовое"? Может быть, угрызения совести,  что  морду  набил вчера этому... в "Астории"?..  Плюнь!  Но  должен  тебя  предупредить:  ты тактически вел себя неосторожно - на рожон лез, пер грудью, как паровоз. - Константин отпил глоток пива, покрутил пальцами в воздухе.

    Сергей поморщился,  расстегнул  на  груди  шинель  (здесь  было  душно, жарко),  сдвинул  назад  шапку,  вынул  папиросу;

 

Фотогалерея

Bondarev 16
Bondarev 15
Bondarev 14
Bondarev 13
Bondarev 12

Статьи














Читать также


Рассказы
Поиск по книгам:


Голосование
Импонирует ли Вам видение ВОВ Бондарева Ю.В.?


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту