Бондарев Юрий Васильевич
(1896—1988)
Романы
Краткое содержание

93

к рукам, а подбородок его дергался, упираясь в руки на палке.

    - Отец, тебе дать воды? Я сейчас воды... - растерянно заговорил Алексей и, оглядываясь, быстро пошел и двери, но сейчас же  голос  отца  остановил его:

    - Не  надо,  у  меня  валидол...  Не  уходи  отсюда.  Не  стоит,  чтобы Диночка...

    Покачиваясь, Греков морганием век стряхнул  слезы,  тихонько  отставил, прислонил палку к дивану, слепым движением пошарил  в  кармане  чесучового пиджака; но когда вынул металлическую коробочку,  вроде  не  хватило  силы отвернуть колпачок, справиться с ним, и Алексей поспешно сказал:

    - Тебе плохо? Я помогу, отец...

    - Сейчас пройдет, Алеша... Сейчас. Сердце задохнулось.  Вот  все.  Руки ослабли.

    Замедленно с ладони он бросил в рот таблетку, и палка его скользнула по краю дивана, упала, стукнув, на пол; нагнувшись,  Алексей  поднял  ее;  на мгновение ощутил теплый, нагретый  пальцами  отца  набалдашник,  подал  ее отцу, благодарно взглянувшему на него.

    - Спасибо, Алеша. - И, маленький,  сгорбленный,  пожевывая  губами,  он внезапно засмеялся беззвучным смехом. - Как ты обходителен со мною...  Как обходителен! Что ж, спасибо, спасибо... Я благодарен. Но скажи мне, скажи: зачем?  Зачем  же  случилось  это  страшное,  ужасное?..  Глупые,    глупые мальчики!  Открыли  сейф.  Разбросали  рукописи.  Книги.  Документы...  Ты восстановил против меня Валерия. Ты бесчеловечно... бесчеловечно поступил! - И, передохнув, покачиваясь, как в забытьи, повторил рыдающим голосом:  - Зачем же все так случилось, Алеша?

    - Я не хотел тебе мстить, - проговорил Алексей и по тону своего  голоса поразился тому, что против воли оправдывается, и  договорил  тихо:  -  Нам надо сейчас помолчать. Я прошу тебя.

    - Ты? Просишь? Меня? - Греков вскинул голову, его  овлажневшие  блеклые глаза налились темной колючей голубизной, нашли что-то во взгляде  Алексея и, увеличиваясь, посмотрели снизу вверх на него.  -  Ты...  убил  меня,  - шепотом выдохнул Греков, и на  его  вскинутом  к  Алексею  лице  появилось какое-то  торопливое,  сумасшедшее  выражение  человека,  который  не  мог остановиться, справиться с душившим его бессилием. -  Ты  убил  Валерия  и меня. Ты убийца, да!

    "Что это? Зачем же он говорит это?"

    - Отец, послушай... Я никого не убивал. Во всем, что случилось с тобой, виноват ты сам. Каждый отвечает за свои поступки.

    - И чего же ты добился, Алеша? Ты доволен?  К  чему  ты  пришел?  -  не слушая Алексея,  преодолевая  одышку,  судорожно  заглотнув  ртом  воздух, выговорил Греков с горечью, часто и  мелко  кивая.  -  Это  же  чудовищно, Алеша! Это чудовищно, чудовищно!..

    - Отец, что ты говоришь! Ну зачем ты это говоришь?..

    - Нет уж, Алеша, это так. Ты мог все предотвратить.  Они  каждое  слово твое впитывали! Не я для них был светом в окошке, мой сын Алеша! Я  видел, я знал!.. - задохнувшись слезами, крикнул Греков. - И  что  же?  Я  теперь готов только к смерти! Мне уже ничего не осталось, ничего... Даже имя  мое втоптано... Я готов только к смерти!

    "О чем он? При чем тут имя?"

    Алексей, опустив глаза, с  подрезавшимися,  как  от  болезни,  скулами, молчал, точно слова  эти  хлестнули  по  нему  дикой  животной  болью,  до холодной

 

Фотогалерея

Bondarev 16
Bondarev 15
Bondarev 14
Bondarev 13
Bondarev 12

Статьи














Читать также


Рассказы
Поиск по книгам:


Голосование
Импонирует ли Вам видение ВОВ Бондарева Ю.В.?


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту