Бондарев Юрий Васильевич
(1896—1988)
Романы
Краткое содержание

84

темнота  мчалась  по  сторонам, появилось у Никиты ощущение, что они спешно уезжают куда-то от всего того, что было, в неизвестное, что должно было прийти как облегчение.

    Но это ложное чувство самоуспокоения появилось и  исчезло  мгновенно  - Никита    взглянул      на      подсвеченное      снизу      лампочками      приборов сумрачно-замкнутое лицо Валерия и ясно представил, зачем и куда они едут.

    Молчали, пока ехали по городу. Молчали и сейчас,  когда  окраины  давно остались позади и огни исчезли в потемках.

    И Никита слышал  накалявшееся  гудение  мотора,  стало  ощутимо  теплее ногам, дребезжали, вибрировали стекла дверок,  тонкие,  острые  сквознячки резали влажным холодком  лицо,  свистели,  врываясь  в  щели.  Как  только началось это загородное шоссе, Никита на  минуту  закрыл  глаза,  тоскливо ужасаясь тому, что они бессмысленно в какой-то  лихорадочной  загнанности, которую не в силах остановить,  спешат  на  эту  дачу  Грекова,  и  думал, мучаясь сознанием своего бессилия и тем, что полностью не мог представить: "А дальше?.. Дальше что?.."

    - Ты слышишь?

    Он  очнулся  от  этого  голоса,  прозвучавшего  чересчур    громко,    и, прижимаясь к спинке сиденья - было как-то жарко, неудобно ногам,  -  сбоку посмотрел на слабо озаренное снизу лицо Валерия.

    "Что он сказал?"

    Валерий говорил,  глядя  в  свет  фар  сквозь  размазанные  очистителем полукруги на стекле:

    - Ничего страшного на этом свете не бывает, Никита, кроме одной вещи... Знаешь, в атомный век нет секретов... Ты слышишь?

    - Да.

    - Как-то в одной компании  знакомят  меня  с  одним  парнем.  Тот,  кто представляет, как обычно,  ерничает,  с  улыбочкой:  "Потомок  знаменитого профессора Грекова". Парень таращится на меня, но тоже  улыбается  и  руку жмет, потом отводит этого ерника в сторону, слышу - смеется, а сам на меня кивает: "Сын знаменитого... Этого самого?" Я услышал, но ничего не  понял. Ты слышишь? Черт, нет сигарет... Что мы будем делать без  сигарет?  Нигде? Ни одной? Мы пропали без сигарет, Никита!

    - Ни одной. Я слушаю, Валя,  -  сказал  Никита,  вдруг  почувствовав  в неожиданно доверительном тоне Валерия, в том, как он спросил о  сигаретах, ничем не прикрытое  обнаженное  страдание  и,  почувствовав  это,  спросил негромко: - И что?.. Ты не договорил...

    - Мы пропали без сигарет, - опять услышал Никита сквозь гудение мотора, слитое с мокрым шелестом шин, незнакомый голос Валерия. - Да, я понял, что нет секретов. Весь вечер тогда полетел к черту. Пил, как  дубина.  Смотрел на этого парня, видел его улыбочку и думал: "Откуда, что? Чья-то зависть к папе? Кто-то имеет на него зуб? Что за намеки?" Ни дьявола не  понимаю.  В середине вечера вызвал этого парня на лестничную площадку. "Поговорим, как мужчина с мужчиной. Как все, родной, прикажешь  понимать?"  А  он  был  на взводе уже. "Не строй из себя орлеанскую девственницу. Все знают, где жена у соседа пропадает, только муж ничего не знает". Ну, я  и  врезал  ему  на память! Да так, что обоим пришлось зайти в ванную, а потом уйти с  вечера. Этим тогда кончилось. А ведь напрасно врезал! Напрасно!..

    - По-моему, нет, - сказал Никита. -  Я  бы  не  вытерпел  тоже.  Просто какая-то сволочь исподтишка!

 

Фотогалерея

Bondarev 16
Bondarev 15
Bondarev 14
Bondarev 13
Bondarev 12

Статьи














Читать также


Рассказы
Поиск по книгам:


Голосование
Импонирует ли Вам видение ВОВ Бондарева Ю.В.?


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту