Бондарев Юрий Васильевич
(1896—1988)
Романы
Краткое содержание

40

представила  обоих  собравшимся здесь, по ее словам, избранным, близким друзьям, после  принятых  в  таких случаях поочередных знакомств, корректных вопросов о  дорожной  усталости, необязывающих замечаний по поводу  сырой  гамбургской  осени,  которая,  к сожалению, в нынешнем году необычно дождлива и простудна, после  вежливого выяснения, -  кто  что  будет  пить,  господин  Дицман,  главный  редактор крупнейшего издательства "Вебер", где  были  переведены  последние  романы Никитина,  с  намекающим  подмигиванием  завладел  сразу  двумя  бутылками (мозельское и коньяк - про запас!) и довольно настойчиво отвел Никитина  в угол гостиной, со смехом сообщив остальным, что он  на  время  аннексирует советского писателя для выяснения некоторых истин.

    Но госпожа  Герберт  весело  сказала,  что  она  не  позволит  отдавать русского писателя на растерзание  альтернативами  немецкому  критику,  ибо слишком хорошо знает эгоцентризм  господина  Дицмана,  поэтому  приглашает гостей к камину, поближе к огню, для общего разговора. И тогда заковылял к столику плотным коренастым телом, уютно  развалился  в  мягчайшем  кресле, заблестел лысиной краснолицый издатель господин Вебер,  и  гибкой  змейкой села рядом его жена Лота  Титтель,  популярная  актриса  театра,  высокая, узкобедрая, говоря хрипловатым, как бы ломающимся отроческим контральто:

    - О, я хочу посмотреть на Восток и Запад. Чем это кончится? Объявлением войны?

    Ни на минуту не сделав передышки, господин Дицман, одержимый  жадностью натренированного ума, вгрызался в Никитина, словно  обрадованный  нечастой этой возможностью, и быстрота его речи, наркотический блеск подвижных глаз на бледном лице, безостановочные движения сухих пальцев,  которыми  он  то сжимал стекло бокала, пригубливая, то живо  подносил  к  островатому  носу раскрытую пачку сигарет, порывисто  втягивая  табачный  запах  (он  бросил курить из-за недавнего сердечного приступа), - его жесты  и  речь  сначала настроили Никитина на  полусерьезный  лад,  на  свойственную  литературным салонам игру умственных упражнений, он подумал: "Пожалуй, господин  Дицман из бывших и ловких репортеров". Но чем дальше продолжалась эта "игра", тем все глубже и серьезнее  погружался  в  нее  Никитин,  уже  заинтересованно поглядывая на нервные руки Дицмана, когда тот,  наслаждаясь  платоническим вожделением, нюхал раскрытую пачку сигарет. Самсонов по  просьбе  Никитина переводил    дословно    только    сложные    фразы,      и      вид      его      был солидно-невозмутимым, пиджак,  застегнутый  на  все  пуговицы,  круглился, натянутый животом; ему было жарко около камина, капельки пота выступили на лбу.

    Госпожа Герберт сидела напротив  Никитина,  воротник  черной  кофточки, наподобие  свитера,  облегал  белую  шею    какой-то    грубоватой    мужской нежностью, продолговатый  золотой  медальончик  покачивался  на  тончайшей цепочке, ее волосы, по-русски убранные  пучком,  поднятые  над  маленькими ушами, ровно отливали полосами седины, и эта  заметная  седина  загадочным разительным  несоотношением  разрушала  при    беглом    внимании    чересчур аккуратную  подобранность  ее  по-девичьи  опрятной  фигуры.    И    Никитин мимолетно подумал, что подобное

 

Фотогалерея

Bondarev 16
Bondarev 15
Bondarev 14
Bondarev 13
Bondarev 12

Статьи














Читать также


Рассказы
Поиск по книгам:


Голосование
Импонирует ли Вам видение ВОВ Бондарева Ю.В.?


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту