Бондарев Юрий Васильевич
(1896—1988)
Романы
Краткое содержание

38

дежурный мрачно. - Вот ваш квартирант, Мария Павловна. Хорош? А?

    - Я? Вам? Дал телефон? Что за ерунда! - не понимая, сказал  Никитин.  - Никогда! Я вам не давал никакого телефона!

    - Что,  что  с  вами,  Вадим  Николаевич,  что  с  вами?  -  растерянно выговорила Мария Павловна и присела на краешек скамьи. - Вы же никогда  не пили! Боже мой, кто вас так избил?

    - Его изобьешь! - заметил дежурный; нетающий ледок стоял в его поднятых на Никитина непоколебимых, как сама истина, глазах. - Вот  каким  образом, Мария Павловна, на первый раз мы поступим, вот каким  образом.  На  первый раз... Вы от нас  берите  его  и  везите  на  квартиру.  Под  вашу  личную ответственность. Все. Идите. Вот паспорт. Не верится мне никак,  гражданин Никитин, что вы статейки в печать пописываете.  Напиваетесь  и  налеты  на людей учиняете. Как это назвать?

    - Ради бога, Вадим Николаевич,  ради  бога,  идемте  скорее  отсюда,  - забормотала, оробело заспешила Мария Павловна. - Пойдемте домой, голубчик, вам холодный компресс надо. Как же вы сейчас на улицу покажетесь?

    Она извинительно закивала старомодной  шляпкой  дежурному,  взяла  руку Никитина дрожащими пальцами и потянула осторожненько к  выходу,  вроде  бы нисколько не уверенная,  что  вот  сейчас  ее  выпустят  отсюда  вместе  с Никитиным и все обойдется, все станет на прежние места.

    - Извиниться бы вам следовало, гражданин  Никитин,  -  сказал  дежурный хмуро. - Ни в какие ворота не лезет, набезобразили...

    - Голубчик, Вадим Николаевич, извинитесь, ради бога!

    - Простите, Мария Павловна, одну минуту... - задержался Никитин, и злая едкость качнулась в его душе; он взглянул на дежурного  насмешливо.  -  Вы правы. Я напиваюсь и по ночам граблю, вырываю у людей деньги. Вы  со  всей очевидностью установили истину. И мои деньги отдали  этому  великолепному, честному парню. Желаю вам всего хорошего. Черт  с  ними,  с  деньгами!  Но извиниться, к большому сожалению, я не могу.

    - Идите, идите! - раздраженно поторопил  дежурный.  -  Болтаете  много, гражданин Никитин! Оч-чень много болтаете, хоть и статейки пишете!..

    Потом на улице, тихой, побеленной близким рассветом, - четко виден  был сереющий асфальт, мостовая, рассеченная  полосами  трамвайных  рельсов,  - Никитин,  подавленный  вызовом  Марии  Павловны  в  милицию,  неловкостью, все-таки  спросил  ее,  неужели  звонили  на  квартиру,  разбудили  ночью, справлялись о  нем,  и  стал  извиняться  за  глупейшее  и  непредвиденное беспокойство, по его вине причиненное ей ни за что ни про что в результате идиотского недоразумения.

    А она сконфуженно слушала его, согласно встряхивала наивной  и  нелепой шляпкой и  ничего  не  спрашивала,  вздыхала  тихонько,  подобно  кроткому ангелу-хранителю, не требующему оправданий.

    "Как же я раньше... не знал ее?" - подумал Никитин.

    Он жил у нее более года, но за это время, кроме обязательных фраз, они, казалось, не обмолвились ни одним искренним словом.

    - Мария Павловна... - охрипшим голосом сказал, проклиная себя, Никитин, охваченный стыдливой и благодарной нежностью  к  ней.  -  Мария  Павловна, простите... Я был неаккуратен... У меня  просто  не  было  денег.  Я  ведь должен вам за четыре месяца.

 

Фотогалерея

Bondarev 16
Bondarev 15
Bondarev 14
Bondarev 13
Bondarev 12

Статьи














Читать также


Рассказы
Поиск по книгам:


Голосование
Импонирует ли Вам видение ВОВ Бондарева Ю.В.?


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту