Бондарев Юрий Васильевич
(1896—1988)
Романы
Краткое содержание

35

за  ней,  впервые разглядев ее вблизи. Вся тонкая,  в  узких  брючках,  в  прозрачной  белой кофточке с воротничком, открывавшим слабо-нежные ключицы, Дина, знакомясь, как-то рассеянно протянула хрупкую,  с  гладкой  атласной  кожей  руку,  и Никита  легонько,  совсем  несильно  пожал  ее,  но  влажные    пальцы    не шевельнулись в ответ, и она, только посмотрев, отвернулась молча.

    За столом она тоже молчала, не была навязчиво-гостеприимной, никому  не улыбнулась и сидела выпрямившись, темные прямые волосы спадали  на  плечи, на щеки, загораживали ее бледное лицо, ресницы опущены, губы сжаты.

    "Почему  она  молчит?"  -  думал  Никита,  вспоминая  то  смех  ее,  то растерянное, почти испуганное выражение на ее лице вчера у Грекова,  когда она встала и вышла за Алексеем.

    Валерий говорил за обедом много, ел окрошку с аппетитом, изображая, как истово хлебали ее русские мужики, отдуваясь, крякал, подставляя под  ложку кусок хлеба, и щедро хвалил кулинарные способности Дины. Говорил он  один, и Никита испытывал неудобство от холодного равнодушия Дины и от того,  что Алексей молчал, добродушно усмехаясь словам Валерия.

    Зеленоватый полусумрак  стоял  в  комнате,  провинциально  пахло  сухим деревом в этом тихом, затерянном среди  Замоскворечья  одноэтажном  старом домике, где жили Алексей и его жена; и было  странно  сознавать,  что  он, Никита, и они никогда не знали друг друга,  никогда  не  были  нужны  друг другу и спокойно, конечно, смогли бы так и прожить всю  жизнь,  как  живут миллионы людей, и, подумав об  этом,  Никита,  наклонясь  к  тарелке,  все незаметно вглядывался в Дину, в Алексея, стараясь ощутить в себе  какие-то толчки родственных чувств, по было лишь  смутное  ощущение  любопытства  и удивления тому, что они не только считались и могли быть, но  и  были  его родственниками.

    - Если бы уважаемое человечество уплетало окрошку, черный хлеб и  квас, - звучал  в  ушах  голос  Валерия,  -  оно  было  бы  здоровее.  Абсолютно убежден... Подумать только - деликатес  некоторых  богатых  американцев  - жареные муравьи! В Китае за  обе  щеки  уплетают  белых  мясных  червей  и откормленных собак. В Японии телят поят пивом и массажируют перед убоем  - для  вкусовых  качеств  мяса.  А  французы!  Нет,  кухня  достигла    такой утонченности, что человеческий желудок становится не источником  жизни,  а источником  извращенного  наслаждения.  Человек    стал    хилым.    И    вот, пожалуйста, появляются болезни.  Римская  империя  погибла  от  ужасающего обжорства. Диночка, почему вы морщитесь?

    - Ну и что дальше? - спросил Алексей.

    - Грубая пища делает человека сильнее.  Процесс  еды  должен  приносить естественное удовольствие, а не смакование и Наслаждение. В  Древнем  Риме был распространен рак желудка. Вы знаете это, друзья?

    "Мать умерла от рака. Потому что не  ела  грубую  пищу?  Много  лет  ее кормили только деликатесами...  Откормленные  собаки  и  муравьи.  Что  за чушь!"

    - Нам не угрожает это.

    "Кто это сказал? Алексей? Да, оказывается, он мой двоюродный брат..."

    - Нам не угрожают эти страхи. Твоя эрудиция  великолепна.  Но  нам  это совсем не угрожает. Именно нам. Ясно? - сказал Алексей, и Никита поразился тому,

 

Фотогалерея

Bondarev 16
Bondarev 15
Bondarev 14
Bondarev 13
Bondarev 12

Статьи














Читать также


Рассказы
Поиск по книгам:


Голосование
Импонирует ли Вам видение ВОВ Бондарева Ю.В.?


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту