Бондарев Юрий Васильевич
(1896—1988)
Романы
Краткое содержание

28

пройти.

    - Ну и силен отец, -  шепотом  сказал  Валерий,  восхищенно  подмигивая Алексею. - Обожает асфальтовые дорожки. Мастер. И златоуст.

    - Пожалуй, - ответил  Алексей.  -  Помнишь  проповедь  во  Владимирской церкви? Вот тот проповедник был златоуст.

    - Да, старушки рыдали и сморкались...

    - Как вы сказали? - спросил Василий Иванович, корректно наставя  ухо  в сторону Алексея. - Какая проповедь? Где?

    Алексей, прищурясь, взглянул на  профессора,  как  в  пустоту,  ответил медлительно:

    - Извините, профессор, я хочу послушать юбиляра.

    Но  Греков  уже  кончил  говорить,  салфеткой  промокал  влажный    лоб, подбородок и стал чокаться, после чего, смеясь, трогательно расцеловался с кем-то нелепо лохматым,  умиленным,  пьяно  выскочившим  с  распростертыми объятиями из-за стола, и Никита увидел  странно  сосредоточенное,  как  от боли, лицо Алексея. Он смотрел не отрываясь  на  Дину,  потом  выпрямился, размеренно и внятно сказал:

    - Дина, нам пора!..

    Она смеялась на том конце  стола,  отталкивая  волосы  со  щек,  однако услышала его, перестала смеяться, озираясь на Ольгу Сергеевну, на Грекова, по-детски растерянно пожала плечами, но сейчас  же  вскочила,  схватив  со стула сумочку, и начала  прощаться  с  замахавшей  на  нее  руками  Ольгой Сергеевной,  подбежала  к  Грекову,  притронулась  губами  к  его    виску, извинительно прозвучал ее тонкий голосок:

    - Мы будем  скучать.  Очень!  -  Она  обернулась  к  Алексею,  крикнула притворно-весело: - Я иду, Алеша!..

    - Прошу тебя, - резковато сказал Алексей и, покачивая широкими плечами, пошел к двери.

    - Что? Алеша! Это прямо-таки невежливо! Так рано? Так  скоропалительно? Рано вставать? - протестующе закричал Греков. - Нет, друзья,  помилуйте!.. То, что, я лестно говорил о молодежи, - явная ошибка! Беру немедленно свои слова обратно... Я захвалил молодое поколение! Куда вы?

    Возле двери Алексей остановился, медленно поглядел на Грекова, сказал:

    - Не надо юмора, отец. Я плохо его понимаю. Но в данном  случае  ты  не ошибся. Да, рано вставать. До свидания. Пошли, Дина.

    - А, черт подери! Алешка, подожди! - воскликнул, вскакивая, Валерий  и, загремев отодвинутым стулом, вышел следом за Алексеем.

    - Одну секунду... я только провожу молодежь! - сказала Ольга Сергеевна, слабо улыбаясь дрожащими уголками рта.

    Гости молчали. В комнате почувствовалась вязкая пустота. Было неловко и тихо. Потом послышался неестественно бодрый голос Грекова:

    - Друзья, что смолкнул веселия глас?.. Как там у Пушкина?  Все-таки  не будем еще считать себя дряхлыми стариками, хотя нас и  покинула  молодежь. Мы еще не все потеряли. Ибо  среди  нас  мой  юный  племянник,  будущность геологии, и самый молодой член-корреспондент,  надежда  педагогики!  Прошу налить в рюмки!..

    Никита подождал с минуту, встал и  незаметно  вышел  из  столовой.  Ему хотелось курить. У него болела то лова.

    В конце коридора хлопнула дверь, в передней погас свет, затем оттуда  - шаги. Валерий с матерью возвращались в столовую, и Никита, подходя к своей комнате, услышал конец разговора; говорила Ольга Сергеевна:

    - ...измучилась с ним, бедная девочка. Он просто нетерпим.

    - Мама, не надо Шекспира, ей-богу,

 

Фотогалерея

Bondarev 16
Bondarev 15
Bondarev 14
Bondarev 13
Bondarev 12

Статьи














Читать также


Рассказы
Поиск по книгам:


Голосование
Импонирует ли Вам видение ВОВ Бондарева Ю.В.?


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту