Бондарев Юрий Васильевич
(1896—1988)
Романы
Краткое содержание

78

Колючие живые толчки приклада прекратились, они  еще  горели  на плече, когда заметила она, что пламя в траве сникло. Диск  был  пуст.  Она прислонила автомат к брустверу, сказала громко, сдерживая дрожь в голосе:

    - Нас все же двое, слышишь? Я умею стрелять, ты это видел, - и пошла  к блиндажу.

    Она    задержалась    в    ходе      сообщения,      стараясь      делать      все расчетливо-спокойно, и здесь, испытывая ненависть к  себе,  почувствовала, что не слушаются пальцы рук, горит плечо и что-то горькое, острое стоит  в горле, трудно дышать. Она вспомнила:  "...звоночек  с  того  света",  -  и торопливо раскрыла дверь в нагретый полусумрак блиндажа. Ощупью спустилась по трем земляным ступеням. Запахло теплыми бинтами.

    Слабо стонал, всхлипывая, Гусев, неподвижно-плоско лежал Лягалов  лицом к стене. Огоньки плошек чуть приседали,  шевелились.  И  Сапрыкин  уже  не лежал - сидел на нарах, столкнув шинель на пол, держал автомат на коленях, с вниманием  глядел  на  неспокойные  язычки  свечей.  Вздрогнул  плечами, услышав  шаги  Лены,  обратил  взгляд,  догадливый,  умный,  на  ее  лицо. Судорога, похожая на улыбку, тронула  его  губы,  показывая  щербинку  меж зубов. Спросил:

    - Началось?

    - Все скоро решится, - ответила Лена. - Ложитесь,  Сапрыкин,  поставьте автомат. И успокойтесь. Что Лягалов? Ничего не просил?

    - Уснул. Все про детишек бредил, про жену. Прощения у кого-то просил. А потом уснул.

    - Бедный, - сказала она с состраданием.

    Она наклонилась над Лягаловым,  посмотрела  и  сейчас  же  выпрямилась, брови задрожали, подошла к двери блиндажа, потом  к  столу,  где  покойно, напоминая о мирном уюте,  блестела  в  свете  колеблющихся  плошек  чайная серебряная ложечка, затем снова вернулась к двери  и  снова  к  столу.  И, глядя сухими темными глазами, присела на ящик.

    - Что? - спросил Сапрыкин обеспокоенно. - Спит? Что молчишь, Елена?

    А она, закрыв глаза, - синие тени легли под ними, - отрицательно, жалко покачивала головой с выражением страдания.

          12

    Распахнув дверь в блиндаж, он вошел, еще стискивая одной рукой  автомат на груди, пошатываясь,  сбежал  по  земляным  ступеням,  на  ходу  вытирая рукавом пот с лица. Тонкое шитье автоматов, не смолкая, доносилось сверху. Горела лишь одна плошка, тускло освещая нары блиндажа.  Он  остановился  в полутьме, окликнул хриплым, сорванным голосом:

    - Лена!..

    Она сразу не узнала его, не узнала голоса, не увидела лица -  поднялась от стола, движением головы  откинула  волосы  и  некоторое  время  стояла, опустив руки, глядя на него  с  неверием,  даже  испугом,  а  он  стоял  в нескольких шагах от нее, в  тени,  не  двигался.  Она  хотела  произнести: "Новиков?" - но не сумела, не могла понять, почему он сам здесь.

    - Лена, все живы? Здесь раненые? - спросил он уже громко, и это был его голос, Новикова.

    Он шагнул из тени на свет, к столу, прямо к ней,  и  тут  же  она  ясно увидела его лицо: незнакомо худое, осунувшееся, в потеках пота  на  щеках, темнели разводы крови на виске, на влажно слипшихся волосах.  Был  он  без фуражки, на обнаженной шее - ремень автомата, непривычно распахнута шинель и вольно расстегнут был ворот гимнастерки с оторванной с мясом

 

Фотогалерея

Bondarev 16
Bondarev 15
Bondarev 14
Bondarev 13
Bondarev 12

Статьи














Читать также


Рассказы
Поиск по книгам:


Голосование
Импонирует ли Вам видение ВОВ Бондарева Ю.В.?


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту