Бондарев Юрий Васильевич
(1896—1988)
Романы
Краткое содержание

41

выметнулись  откуда-то  из  лесу, правее  ущелья.  Отрывисто,  преодолевая    железную    одышку,    заскрипели шестиствольные минометы.

    Все будто расплавилось в треске, в грохоте, высота  стонала,  ломалась, дрожала, выгибалась, как живое тело, ровик сдвинуло в сторону.  Чернота  с ревом падала на него. Новиков и связист упали  рядом  на  дно  окопа,  дно ныряло под ними, уши забило жаркой ватой,  голову  чугунно  налило  огнем. Раскаленный осколками воздух проносился над ними. И навязчиво,  неотступно билась мысль о непрочности человеческой жизни: "Сейчас, вот сейчас..."

    - Неужели конец, товарищ капитан? А?.. Неужели? - не услышал, а  угадал Новиков по серым губам Колокольчикова и увидел перед собой круглые, полные тоски и ужаса мальчишеские глаза. Этот ужас словно мерцал -  мигали  белые от пыли ресницы паренька.

    И Новиков, оглушенный, туманно  вспомнил  ночь  в  роскошном  особняке, майора Гулько, спящих солдат, Богатенкова, пришивающего  крючок,  и  этого молоденького Колокольчикова, с неумелой нежностью обнимающего  аппарат,  и сонное бормотание о каком-то колодце: ему снились колодцы в конце войны...

    И, подавляя жалость к той ночи, Новиков взял связиста за плечо, с силой потряс его, прокричал сквозь грохот, накрывавший ровик:

    - Мне нужна связь  с  Овчинниковым!  Понимаешь?  Связь!  Иначе  нельзя! Понимаешь! Мне нужно знать обстановку!

    - Я сейчас... я сейчас... глаза только вот запорошило... - зашевелились губы связиста, детское лицо было все серо от пыли, казалось  незащищенным; он торопливо потер кулаком глаза и, часто мигая, стал на колени,  хрупкий, тоненький. Рукавом стряхнул пыль на запасном  аппарате,  перекинул  ремень через плечо, вздохнул, вроде всхлипнул, по-мальчишески виновато сказал:  - Если что, товарищ капитан, то  у  меня  матери  совсем  нету...  сестра  у меня... А адрес в кармашке тут...

    И,  худенький,  встал  неожиданно  проворно,  не  глядя  по    сторонам, выпрыгнул из окопа  и  исчез,  растаял,  оставив  после  себя  впечатление чего-то чистого, весенне-зеленого  (глаза,  что  ли?),  легко  и  невесомо ходящего по земле.

    И через минуту, как только выпрыгнул он, исчез в горячей мгле разрывов, крутившихся по высоте, сквозь грохот, как в щелочку, прорезался писк будто живого существа - призывно зазуммерил телефонный аппарат. Новиков  схватил засыпанную землей трубку, в ухо его пробился лихорадочно частивший голос:

    - Я от третьего, я от четвертого, - и,  мгновенно  поняв,  что  это  от третьего и четвертого  орудия,  то  есть  связь  с  Овчинниковым,  он,  не выпуская из рук трубки, вскочил в рост, желая сейчас одного  -  остановить Колокольчикова, рванулся к стене окопа.

    - Колокольчиков! Наза-ад!.. Наза-ад!..

    Но команду  его  заглушило,  подавило  пронзительно  брызгающим  визгом осколков, огненно скачущими разрывами мин, - ничего не  было  видно  перед высотой, да и голос его уже не мог вернуть связиста. Новиков с тяжестью во всем теле - стояли перед глазами худенькие плечи Колокольчикова  -  присел подле аппарата, хватая трубку:

    - Овчинников? Овчинников? Да что там замолчали, дьяволы? Что замолчали? Отвечайте!

    - Овчинникова нет, товарищ второй, - зашелестел в  мембране  незнакомый

 

Фотогалерея

Bondarev 16
Bondarev 15
Bondarev 14
Bondarev 13
Bondarev 12

Статьи














Читать также


Рассказы
Поиск по книгам:


Голосование
Импонирует ли Вам видение ВОВ Бондарева Ю.В.?


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту