Бондарев Юрий Васильевич
(1896—1988)
Романы
Краткое содержание

24

главное, что сделали другие.

    - Нет! Не  думал,  -  хмуро  повторил  он,  и  тотчас  Новиков  ответил полусерьезно:

    - Ну и дурак! Ладно. Пошел.

    В ходе сообщения, не отрытом еще полностью, он столкнулся с  наводчиком Порохонько. Тот, взмокший, в телогрейке, надетой на  голое  тело,  нес  на спине ворох соломы,  стянутой  в  узел  плащ-палаткой.  Спросил,  крякнув, подбрасывая зашуршавший ворох на лопатках:

    - Вы чи не вы приказали, товарищ капитан? Или разведка?..

    Новиков сделал вид, что не понял намека.

    - Приказ  отдал  я.  Пора  научиться  жить  на  войне  с  относительным удобством. - И пошутил как будто: - Скоро будем спать на чистых простынях, Порохонько, я вам обещаю.

    Порохонько протиснулся к  землянке.  Свалил  со  спины  ворох  и  вдруг понимающе, сурово даже, оглянулся в темноту, поглотившую  комбата.  Первым признаком  надвигавшегося  боя  (он  знал  это)  была  странная  спокойная веселость Новикова.

    Стояла полная предрассветная тишина. Немцы молчали.

    За полчаса до рассвета Овчинникову доложили, что  все  готово:  огневая отбыта в полный профиль, к высоте проложена связь, выставлены часовые.

    Овчинников, разбуженный сержантом Сапрыкиным, некоторое время лежал  на соломе в блиндаже, окутанный мутной дремотой, как паутиной, а  когда  сел, от движения заболели мускулы на  спине,  спросил  не  окрепшим  после  сна голосом:

    - А второе орудие? Доложили о готовности?

    - Нет еще.

    В землянку входили истомленные солдаты с землистыми лицами, щурились на свет. На снарядном ящике в тепло-сыром  воздухе  неподвижными  фиолетовыми огнями горели немецкие плошки. Стояли, дымясь, котелки,  мясные  консервы, огромная  бутыль  красного  вина.  Телефонист  Гусев,  наклоняя  стриженую голову, ложкой носил  из  котелка  к  губам  горячую  пшенную  кашу,  дул, обжигаясь, на ложку.

    Сержант Сапрыкин резал  буханку  черного  хлеба,  прижав  ее  к  груди, оттопырив локоть; не соразмеряя силу, так  нажимал  на  нож,  -  казалось, полоснет себя острием. Хозяйственно раскладывая крупные  ломти  на  ящике, посоветовал с домовитым покоем в голосе:

    - Поужинайте, товарищ лейтенант.  С  вином.  Капитан  Новиков  прислал. Садитесь, ребятки.

    - Есть не хочу.

    Овчинников налил из бутылки полную кружку вязкого на  вид  вина,  жадно выпил терпкую спиртовую жидкость, весь передернулся:

    - Фу, дьявол, дрянь какая! Повидло  прислал!  А  ну,  Гусев,  командира второго орудия старшего сержанта Ладью!

    Гусев вытер поспешно губи - он, как ребенок, измазал их пшенной  кашей, - сорвал трубку с аппарата, подул в нее, как на ложку, заговорил баском:

    - Ладью, Ладью, давайте Ладью... Спите? А нам неясно, что вы делаете. - И, недоуменно пожав плечами, протянул трубку Овчинникову. -  Он...  музыку какую-то слушает... С ума посошли.

    - Какая там еще музыка у тебя,  Ладья?  -  лениво  спросил  Овчинников, услышав по проводу близкий,  как  бы  щелкающий  голос  командира  второго орудия. - Трофеи, может, виноваты?  Как  у  вас  там?  Почему  вовремя  не докладываете? А если все в порядке,  докладывать  надо.  Ладно,  послушаем музыку. Какая еще музыка?

    Встал, застегнул шинель на сильной, плотно  слитой  из  мускулов,  чуть сутуловатой

 

Фотогалерея

Bondarev 16
Bondarev 15
Bondarev 14
Bondarev 13
Bondarev 12

Статьи














Читать также


Рассказы
Поиск по книгам:


Голосование
Импонирует ли Вам видение ВОВ Бондарева Ю.В.?


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту