Бондарев Юрий Васильевич
(1896—1988)
Романы
Краткое содержание

16

Эйфеля. Кажется, триста метров высоты. А впрочем, может быть, и вру. Забыл...

    И, отодвинув наган к консервным банкам, отошел  от  стола.  Внимательно оглядел  комнату,  повсюду  разбросанное  белье  на  ковре,  двухспальную, распухшую развороченной периной кровать, мягкие кресла.  Потом  достал  из ниши над широкой тахтой запыленную книгу, полистал, молча швырнул на  пол, сунул руки в карманы, прошелся по глушащему шаги ковру.

    - Немцы, - сказал он.  -  Здесь  жили  немцы,  а  не  поляки.  Отдыхали немецкие офицеры... Ясно... Курортный городок.

    - Да шут с ними, товарищ  капитан,  -  успокоительно  сказал  Горбачев, улыбнувшись глазами из-под черных, свесившихся на лоб волос.  -  Садитесь, закусим, щоб дома не журились! Здесь продуктов - подвал!  На  год  хватит. Товарищ младший лейтенант, вам, может,  винца?  А  шоколад-то,  разве  это закуска? Плюньте. Ерунда!.. В подвале его штабеля...

    - Вина? Пожалуйста.

    Алешин отложил развернутую плитку шоколада, вопросительно посмотрел  на Новикова, внезапно жарко  покраснел.  Взял  рюмку,  наполненную  ромом,  и как-то торопливо, неумело, давясь, выпил, после чего долго  мигал,  вбирая воздух ртом, наконец выдавил:

    - За победу! Лихая, фиговина. А крепка!.. - и, наклонясь к полу,  будто уронив что-то, смахнул с ресниц выжатые ромом слезы. Выпрямился  и  уже  с наигранным выражением лихости откусил половину шоколадной плитки.

    Горбачев, выпив рюмку одним  глотком,  не  поморщился,  понюхал  только корочку хлеба, стал тыкать вилкой в банку свиных  консервов,  подвигая  их Алешину. Однако тот, жуя  шоколад,  замотал  протестующе  головой,  говоря смело:

    - Так привык.  Спирт  в  Трамбовле  котелками  дули  и  даже  ничем  не закусывали! Верно, товарищ капитан? Помните? Ух и рванули!

    Новикову нравился этот синеглазый младший лейтенант с веселым лицом,  с резкими конопушками на носу; нравилось, как скрывал он юную  свою  чистоту наигранной беспечностью бывалого человека. Новиков знал: Алешин никогда не пил котелками спирт, в Трамбовле же, когда  разведчики  принесли  канистру трофейного спирта,  младший  лейтенант,  сославшись  на  дурацки  болевший живот, пить вовсе отказался. Но сейчас Новиков сказал:

    - Помню. Вы здорово тогда пили.

    И чуть улыбнулся,  увидев,  как  Алешин,  красный,  сразу  захмелевший, блестя глазами, разворачивал хрустящую серебристую обертку  второй  плитки шоколада, добавил:

    - Очень здорово и лихо вы пили! Ну, пошли! Батарея должна уже  прибыть. Горбачев, вы останетесь здесь. Вернутся эти - гоните! Ясно?

    - Слушаюсь!

    Новиков взглянул на часы, пошел к двери. Алешин с  видом  разочарования рассовал по карманам четыре плитки шоколада, затем упруго  встал,  толкнул козырек фуражки со лба, начальственно строго сказал Горбачеву:

    - Чтоб все как в аптеке, ясно? - и двинулся  за  Новиковым  старательно прочной походкой.

    Когда шли  по  глухой  аллее  парка,  едва  заметно  посветлел  воздух, проступили среди неба верхушки оголенных лип, и Новиков уже не смотрел  на часы, - шагал  по  шелестящим  ворохам  листьев,  глядя  сквозь  узорчатые очертания ветвей  на  высоту.  Он  прислушивался,  и  только  по  привычно знакомому перезвону вальков, по отдаленным

 

Фотогалерея

Bondarev 16
Bondarev 15
Bondarev 14
Bondarev 13
Bondarev 12

Статьи














Читать также


Рассказы
Поиск по книгам:


Голосование
Импонирует ли Вам видение ВОВ Бондарева Ю.В.?


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту