Бондарев Юрий Васильевич
(1896—1988)
Романы
Краткое содержание

257

- ответил резковато Никитин, отворачиваясь к иллюминатору. - Ты ошалел  в  Германии, дорогой Платоша, и это я должен тебе сказать совершенно откровенно!

    - Кто ошалел из нас - еще о-огромный  вопрос!  -  вспылил  Самсонов.  - Может быть, совсем наоборот? Со-овсем! Кажется, не я, а один мой  знакомый напорол немцам  мистической  ерунды,  чем  вызвал  неслыханный  восторг  и взаимопонимание! И не один ли мой известный коллега в конце концов потерял голову с некой, так сказать, госпожой Герберт? Так кто же ошалел?

    - Кстати, - сказал Никитин, усмехнувшись, - нам стоило вместе  съездить в Германию, чтобы до конца выяснить отношения.  Может  быть,  они  и  были невыявленной трагедией. Я не жалею. Так проще и яснее.

    - В общем, да! - Самсонов повел  по  салону  иконным  взором  мученика, сложил на животе руки,  наставительно  проговорил:  -  Пройдет  время,  ты вспомнишь все - и будешь мне благодарен за то, что я вытащил тебя из  этой клоаки. Дорогой мой, тебя бурно осыпали гонораром, вокруг  тебя  сюсюкали, вертелись всякие господа Дицманы, и  какая-то  непонятная,  мягко  говоря, госпожа с "мерседесом", которая таскала  тебя  по  ночным  кабакам,  -  не догадываешься, что стояло за этим?

    - Я чуть-чуть поездил по Западу, дорогой мой, - сказал Никитин, ответно выделяя это насмешливо-снисходительное "дорогой мой", - и бывал  в  разных обстоятельствах, Платоша. Но то, что ты держался  надутым  индюком,  будто все знаешь о людях и мире, - смешно и глупо, как перец в чае! Напролом пер с бонапартовской фанаберией, как будто тебя окружали одни кретины!

    - Я занимал свою позицию, дорогой мой! И совесть моя чиста,  представь! Абсолютно чиста!

    - Так вот, прошу - займи и сейчас твердую позицию по отношению ко  мне: помолчи до Москвы. Едва ли мы поймем друг друга.

    Сцепленные на животе толстые пальцы Самсонова стиснулись, затем большие пальцы сделали  заводящие  обороты,  один  вокруг  другого,  он  выговорил голосом злого негодования:

    - Надо полагать, ты считаешь  меня  патентованным  идиотом!  Благодарю! Если хочешь, я тебя спасал от всей гнусной возни, от  тины,  которая  тебя засасывала, а ты уже земли под собой не чуял!..

    - Спасал? От кого?

    - От дицманов! От этой немки! Неужели думаешь, она пригласила  тебя  на дискуссию из лирических чувств, чтобы только сентиментально посмотреть  на тебя, мило повздыхать? Поулыбаться тебе? Попить с тобой коньяк? А  нет  ли здесь другого - не нажимал ли, прости уж меня, на твою прелестную  госпожу Герберт с определенной целью этот субчик Дицман?  Ты  хорошо  знаешь,  кто он?..

    - Прими, пожалуйста, мое предложение, - холодно  прервал,  не  дослушав его, Никитин, - помолчим до Москвы. Я устал. Очень устал.  И  у  меня  нет желания соучаствовать в твоих домыслах,  даже  если  бы  ты  был  Шерлоком Холмсом, Мегрэ и майором Прониным, вместе взятыми.

    - Великолепно, помолчим. И еще раз благодарю тебя за выясненную  правду наших искренних  отношений.  Нашей  выявленной  трагедии.  Твои  искренние чувства ко мне вызывают слезу умиления.

    - Крокодилово умиление. Так надо было закончить, Платон.

    - Охо-хо, Вадим, охо-хо. Не узнаю я тебя, не узнаю.

    "Искренность отношений? - думал Никитин, уже 

 

Фотогалерея

Bondarev 16
Bondarev 15
Bondarev 14
Bondarev 13
Bondarev 12

Статьи














Читать также


Рассказы
Поиск по книгам:


Голосование
Импонирует ли Вам видение ВОВ Бондарева Ю.В.?


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту