Бондарев Юрий Васильевич
(1896—1988)
Романы
Краткое содержание

119

не все тебе штаны в тылу протирать. Извините за грубость, товарищ дивизионный комиссар... Учись, Касьянкин, пока я жив! Давай туда короткими!

- Оставьте меня в покое, товарищ майор! - огрызнулся растерянным голосом Касьянкин. - Товарищ член Военного совета, майор Божичко не имеет права мною командовать и упрекать тылом...

- Вы еще здесь, Касьянкин? - проговорил Веснин. - Почему именно здесь?

Всегда расположенный к простоте и легкой иронии общительного Божичко, он не остановил внимания на его ерничестве, а после разговора с Осиным, после мучительной новости, внезапно и резко оголившей судьбу сына Бессонова, увидев Касьянкина, подумал только о том, что Осин еще не уехал с НП. И когда Касьянкин сполз на животе с бруствера, обиженно поддергивая ремень, отряхиваясь, Веснин сказал непривычным тоном приказа:

- Слушайте внимательно, Касьянкин. Немедленно - к полковнику. Он ждет вас в артиллерийском блиндаже. В конце траншеи. И немедленно назад, в штаб армии. Идите. Бегом!

- Есть бегом, товарищ дивизионный комиссар! - явно обрадованный, воскликнул Касьянкин. Он воспринял этот приказ как спасительное облегчение и, козырнув, неуклюже бросился в озаренный ракетами ход траншеи.

- Что в самом деле стряслось, товарищ дивизионный комиссар? - посерьезнев, произнес Божичко. - Или секрет?

Веснин сказал:

- Ваш юмор, Божичко, могу понять я, потому что знаю вас. Но не очень надейтесь, что поймут все. Известно ли вам, что есть люди, которые воспринимают шутки слишком серьезно?

- Спасибо, товарищ дивизионный комиссар. Но мне чихать на этих серьезных, простите! Моя анкета чиста, как стеклышко! - бедово сказал Божичко. - Один на белом свете как гвоздь. И прекрасно. Терять абсолютно нечего, кроме шпал в петлице. А Касьянкин - лапоть и лопух, работает как колун, даже смех берет. Рассчитывает на родственность адъютантских душ.

- То есть? - не понял и нахмурился Веснин. - Именно?

- Ба-альшой сундук, товарищ дивизионный комиссар, - засмеялся Божичко. - Но с любопытством... Он мне: "Как живете с командующим, ничего генерал-то, сапоги не заставляет снимать? Водку втихаря не глушит?" А я ему: "Ты стихи про "Убей немца" знаешь? Автомат умеешь держать? Как оружие приспособляют - под мышкой или ниже поясницы?" Он опять: "Мрачноват очень генерал-то, как с комиссаром-то, дружки или в контрах?" Прелестно и откровенно поговорили, товарищ дивизионный комиссар!

- Бессонов там? - спросил Веснин, глядя в ту сторону траншеи, где возникали и истаивали при опадающем свете ракет фигуры людей, и пошел по траншее, но, против воли, он замедлял шаги и вдруг остановился в нише для буссоли, потому что не в силах был сказать Бессонову то, что знали полковник Осин и он, член Военного совета, то, о чем Бессонов никак не подозревал: о противоестественно страшной судьбе того остриженного, с вымученной улыбкой мальчика, его сына, который не был убит, а жил в плену уже несколько месяцев.

"Он может спросить о причине приезда Осина. Что я отвечу? Подойти сейчас и в глаза ему лгать? - думал Веснин. - Каковы же будут тогда наши отношения дальше? Нет, не могу подойти к нему и делать вид, что ничего не произошло. Между нами должна быть абсолютная искренность и честность... Но язык не повернется сказать ему сейчас о сыне, не могу...".

Веснин чувствовал, что именно непроходящие непростота и натянутость в отношениях с Бессоновым не давали ему никакого права дипломатично изворачиваться, он не должен был что-либо смягчать, уходить от главного - и, так стоя в нише для буссоли, он испытывал отвратительно жгучий стыд в душе.

- Петр Александрович! - Веснин неожиданно для себя вышагнул из ниши, быстро подошел к Бессонову, окруженному возле стереотрубы офицерами. - Петр Александрович...

- Вот вы

 

Фотогалерея

Bondarev 16
Bondarev 15
Bondarev 14
Bondarev 13
Bondarev 12

Статьи














Читать также


Рассказы
Поиск по книгам:


Голосование
Импонирует ли Вам видение ВОВ Бондарева Ю.В.?


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту