Бондарев Юрий Васильевич
(1896—1988)
Романы
Краткое содержание

66

лицо его становилось внимательным и злым. Он вдруг проговорил, неприязненно отсекая слова:

- Чем же это кончится, хотел бы я знать!

- Ты о чем? - спросила она осторожно. - Что, Володя?

Зоя сидела боком к нему на пустом снарядном ящике, держала руки над раскаленной до багровости железа печкой, прислоняла обогретые ладони к щекам, из полутьмы блиндажа улыбаясь ему предупреждающе-ласково.

- Интересно, где ты так долго была? - спросил Дроздовский ревнивым и одновременно требовательным тоном человека, который имел право спрашивать ее так. - Да, я хочу, - проговорил он, когда она в ответ слабо пожала плечами, - хочу, чтобы ты не очень уж подчеркивала на батарее нашу близость, но ты это делаешь слишком! Я тебя нисколько не ревную, но мне не нравятся твои отношения со взводом этого Кузнецова. Могла бы выбрать, по крайней мере, Давлатяна!

- Володя...

- Представляю, что было бы, если бы не я, а Кузнецов командовал батареей! Очень хорошо представляю!..

Он быстро и гибко встал, подошел к ней, весь спортивно подобранный, прямой, золотисто-соломенные волосы зачесаны надо лбом, открытым, чистым, даже нежным от цвета волос, и, засунув руки в карманы, искал в ее напрягшемся, поднятом лице, в ее виноватой улыбке то, что подозрительно настораживало его. Она поняла и, сбросив с плеч накинутый полушубок, поднялась навстречу, качнулась к нему и обняла его под расстегнутой шинелью, щекой потерлась о прохладные металлические пуговицы на гимнастерке. Он стоял, не вынимая рук из карманов, и она, прижимаясь щекой, слышала, как ударяло его сердце и сладковато-терпко пахла потом его гимнастерка.

- Мы с тобой равны, - сказала Зоя. - Ты не видел меня три часа? И я тебя... Но мы не равны в другом, Володя. И это ты знаешь.

Она говорила не сопротивляясь, не осуждая, смотрела мягкими, отдающимися его воле глазами в непорочную, без единой морщинки белизну его лба под светлыми волосами; эта юношеская чистота лба казалась ей по-детски беззащитной.

- В чем же? А, понимаю!.. Не я придумал войну. И я ничего не могу с этим поделать. Я не могу с тобой обниматься на глазах у всей батареи!

Дроздовский расцепил ее руки, с нерассчитанной силой дернул книзу и, брезгливо запахивая шинель, отступил на шаг с поджатым ртом. Она сказала удивленно:

- Какое у тебя брезгливое лицо! Тебе что - так нехорошо? Зачем ты так больно сжал мне руки?

- Перестань! Ты все прекрасно понимаешь, - заговорил он и нервно заходил по землянке; тень его заскользила, изламываясь на стене. - Никто в полку не должен знать о наших с тобой отношениях. Может быть, это тебе неприятно, но я не хочу и не могу! Я командир батареи и не хочу, чтобы обо мне ходили всякие глупейшие разговоры и сплетни! Некоторые только злорадствовать будут, если я покачнусь, только ждут! Почему эти сопляки крутятся вокруг тебя?

- Ты боишься? - спросила Зоя. - Почему ты боишься, что о тебе не так подумают? Почему же я не боюсь?

- Перестань! Ничего я не боюсь! Но здесь все это выглядит знаешь как! Думаешь, в батарее мало наушников, которые с радостью сообщат в полк или в дивизию о наших с тобой... Отлично! - Он неприятно засмеялся. - Война - а они там на нарах валяются! Голубки! Фронтовые любовники!..

- Я не хочу с тобой валяться на нарах, как ты сказал, - умиротворяюще проговорила Зоя и накинула на плечи полушубок, будто ей зябко стало. - Но мне не стыдно, и я не побоюсь, если это так кого-нибудь интересует, сказать и командиру полка, и командиру дивизии о наших с тобой... - Она, стремясь не раздражать его, повторила его слова. - Не это главное, Володя. Просто ты меня мало любишь и... странно. Не знаю, почему тебе нравится меня мучить какой-то подозрительностью. Ты не замечаешь, но ты даже целуешь меня как-то со злостью. За

 

Фотогалерея

Bondarev 16
Bondarev 15
Bondarev 14
Bondarev 13
Bondarev 12

Статьи














Читать также


Рассказы
Поиск по книгам:


Голосование
Импонирует ли Вам видение ВОВ Бондарева Ю.В.?


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту