Бондарев Юрий Васильевич
(1896—1988)
Романы
Краткое содержание

63

начала работы он не был в тепле.

- Главное, старший сержант, фронтовые остыли. - Нечаев щедро налил водку из котелка в кружку. - Долго ждали.

- Я пойду, родненькие мальчики, - сказала Зоя, застегивая крючки полушубка.

- Знаете, Зоя... - Уханов сел около нее, расположился поудобнее перед продуктами на брезенте. - Плюньте на все и переходите в мой расчет. Лично обещаю - в обиду никому не дадим. У нас терпимые ребята. Выроем вам отдельную землянку.

- Я не против, - сказал Кузнецов и тут же поднялся. Он не знал, почему сказал так, почему эта фраза вырвалась у него, и, чтобы замять неловкость, принялся одергивать отвисшую кобуру на ремне, спросил: - Вы к комбату идете, Зоя?

Она изумленно посмотрела на обоих.

- От кого вы меня хотите защищать? От немцев? Я сама могу. Даже без оружия. Вот какие у меня острые ногти! - И принужденно заулыбалась, поцарапала ногтями руку Уханова.

Он не отстранил руку, весело поблестел стальным зубом.

- Ноготки для маникюра! Что вы ими сделаете?

- Ну, это еще как сказать!

- Ах, Зоечка, храбрая вы очень, - не без вкрадчивости вставил Нечаев, как-то заметно потускневший с приходом Уханова. - Что ваши ноготки, если кто черное дело задумает? Будете царапаться? Кусаться? Смешно будет выглядеть!

- Опять - насторожился Давлатян с выражением человека, потерявшего всякое терпение. - Опять ерунду дурацкую говорите! Зоя, пожалуйста...

Он придержал брезент над входом в землянку, пропуская Зою вперед.

Глава девятая

Они вышли в ночь, заполненную стуком лопат, кирок, сыпучим шорохом отбрасываемой земли. Кухня еще темнела на льду под обрывом берега, но жарок забыто потух в ней, не гремел черпак повара: вокруг не было никого; продрогшая лошадь переступала ногами, отфыркиваясь, жевала из торбы.

Небо над откосом горело заревом. Белый отблеск лежал на кромке бугров. И опять Кузнецову стало не по себе от этой глубоко распространенной в ночи тишины, от этой безмолвной затаенности в стороне немцев. Он молчал. Молчали Давлатян и Зоя. Слышно было, как похрустывал, ломался ледок под валенками.

"Значит, Зое тоже приказано к комбату", - думал Кузнецов. Он знал независимые санинструкторские обязанности Зои в батарее, ее свободное положение, позволяющее находиться в любом взводе, и досадовал, что она покорно шла сейчас в землянку Дроздовского, который, казалось, имел на нее особое подчиняющее право...

- Зоя... вы, конечно, пошутили тогда? - не вытерпел Кузнецов. - Насчет мужа?

Они поднялись по льду в потемки обрыва, голубеющего отливом снега, шли теперь близко друг к другу по натоптанной солдатами тропе вдоль основания откоса.

- Нет, серьезно! - Голос ее дрогнул, точно она оступилась на скользком уступе берега. - Я не пошутила...

- Зачем вы нас обманываете? Совершенно не так! - заявил Давлатян и, задержавшись позади Зои, воскликнул: - Смотри, Кузнецов, здесь река как противотанковый ров. Прекрасно! Если танки прорвутся, здесь застрянут. А по льду не пойдут - не выдержит! В каком направлении сейчас Сталинград? На север?

- Километров сорок пять на северо-восток, - сказал Кузнецов. - Если они на тот берег прорвутся, то это слишком далеко... не хотел бы!

Зоя остановилась. Белый ее полушубок, ее лицо сливались в тени с глубокой синевой снега на крутом откосе, и очень темными были глаза, поднятые к светлеющей полосе зарева под берегом.

- Если прорвутся... - повторила она и, подождав Давлатяна, спросила без всякой видимой связи: - А вы, Давлатян, совсем не боитесь умереть?

- Почему я должен бояться умереть?

- У вас невеста. И вы, наверное, похожи на свою невесту. Она такая же милая, как вы? Милая кошечка? Правда?

- Это не имеет значения! - насупился Давлатян. - Совершенно не имеет... Для чего вы говорите, что я милый?

 

Фотогалерея

Bondarev 16
Bondarev 15
Bondarev 14
Bondarev 13
Bondarev 12

Статьи














Читать также


Рассказы
Поиск по книгам:


Голосование
Импонирует ли Вам видение ВОВ Бондарева Ю.В.?


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту