Бондарев Юрий Васильевич
(1896—1988)
Романы
Краткое содержание

142

Сейчас  мои  два  взвода  дом блокируют! Ахтунг, братцы! Уже полегоньку. Отсюда дом - плюнуть ближе...

    - Стой! - ни разу не вступив в разговор с Перлиным, скомандовал  Княжко расчетам орудий. - Ждать здесь. Пошли! Покажите, что у вас, - приказал  он Перлину. - Где позиции роты? Идите вперед.

    Здесь, по открытой дороге, несколько метров еще шли в  рост,  но,  едва свернули вслед за Перлиным влево, в  душную  тень  сосен,  острые  взвизги достававших сюда очередей, разбросанная дробь пуль по стволам,  срубленные веточки  хвои,  падающие  сверху,    заставили    инстинктивно    пригнуться, посмотреть туда, куда их  вел  Перлин,  продираясь  своей  "заколдованной" плащ-палаткой меж молоденьких  елочек  к  сплетенному  хаосу  стрельбы  за деревьями.

    И тут, лишь прошли шагов сто, как натолкнулись на тело  убитого  немца, зеленоватым бугорком приваленного к узловатым корневищам огромной сосны. В новом зеленом мундире, он лежал очень неловко, боком,  в  скрюченной  позе будто навсегда застылого в агонии бега,  одна  нога  подтянута  к  животу, другая, в  неизношенном  запыленном  сапоге,  вытянута,  юное,  подернутое трупной желтизной лицо мальчика притиснуто правым  виском  к  сведенным  в ковшик окровавленным пальцам, изуродовано окаменелой гримасой  ужаса,  рот стыло натянут в предсмертном  зовущем  на  помощь  крике,  но  отросшие  и по-девичьи нежные льняные волосы еще жили, светились  в  наклонных  сквозь ветви  стрелочках  солнца,  мерещилось,    обманывая    неисчезшим    блеском собственную гибель, которую он встретил здесь. По его трупному лицу бурыми точками  ползали  муравьи,  хлопотливо  копошились  в  ресницах,    выпивая последнюю влагу, заползали по неподвижным губам в открытый рот, и  Никитин подумал, что убит он был час или полтора часа назад.

    - Откуда здесь этот  ребенок?  -  спросил  Княжко,  хмурясь,  и  кивнул Перлину. - Посмотрите у него документы. Кто он такой? Из гитлерюгенда? Или вервольф? Лет шестнадцать ему, наверно...

    - Э, лейтенант, какая разница, шестнадцать не шестнадцать, чего тебе? - отозвался Перлин, смачно сплюнув под ноги немцу. - Они  тут  отступали  от опушки. к лесничеству. Да их не один по лесу лежит. Чего тебе? Руки марать и время терять...

    Однако,  присев  на  корточки,  он  с  некоторой  показной  гадливостью поочередно вывернул все карманы убитого, но никаких документов  не  нашел, кроме  необязательных  и  почти  бесполезных    вещиц,    какие    не    носят провоевавшие и прошедшие долгую войну солдаты: маленький, никчемно изящный перочинный ножичек, какой-то потускневший значок с изображением кинжала  и свастики, шомпольную цепочку, испорченный, без спуска крошечный  браунинг, красный карандашик с обгрызенным  колпачком,  пачку  начатых  раскрошенных галет; портмоне и фотографий не было. Этого убитого мальчика, видимо,  еще ничего прочно не привязывало к земле - ни любовь, ни прошлое, ни пороки  - и, похоже  было,  нравились  ему  блестящие  металлические  предметы,  как нравилось, вероятно, держать в руках автомат, готовый  послушно  сверкнуть огнем, подобно механической игрушке. И Никитин представил эту  вожделенную страсть к металлу оружия по себе и по другим и свою влюбленность в  личный пистолет

 

Фотогалерея

Bondarev 16
Bondarev 15
Bondarev 14
Bondarev 13
Bondarev 12

Статьи














Читать также


Рассказы
Поиск по книгам:


Голосование
Импонирует ли Вам видение ВОВ Бондарева Ю.В.?


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту