Бондарев Юрий Васильевич
(1896—1988)
Романы
Краткое содержание

141

чужим документом в рай? - прохрипел Меженин около орудия.  -  Такое дармоедство,  пехота,  известно  как  по-русски  называется?  Такое  слово известно?..

    - Тогда прекрасно, - непроницаемо проговорил Княжко, краем глаза глянув на Меженина, и потом, застегнув сумку, думая что-то  свое,  нахмурился  на Перлина. - Прекрасно. Посмотрим ваше  лесничество.  Давайте  своих  людей, только быстро! Поможете расчетам катить орудия на руках! Командуйте!

    - Молодец! Дьявол! Не забуду! Люблю такое! Уважаю! -  закричал  старший лейтенант и в счастливом порыве сорвал  с  шеи  автомат,  дал  по  воздуху оглушительную очередь. - Ко  мне,  пехота,  ядрена  ваша  бабушка!  Помощь прибыла! Берись за орудия руками и зубами! Быс-стра-а!

    И с неостывающей  неприязнью  к  старшему  лейтенанту,  к  его  шумной, крикливой радости, к пехотинцам, которые несостоятельны стали подняться  в атаку, рискнуть взять лесничество, на что пошли бы  еще  неделю  назад,  и поэтому сейчас охотливой трусцой  бежали  сюда  по  просеке  за  нежданной артиллерийской помощью,  Никитин  ощущал  тягостное  сопротивление  своему согласию, этому решению Княжко, хотя  в  то  же  время  знал,  что  другое решение быть принято им, вероятно, не могло.

          8

    Еще метрах в  двухстах  от  лесничества,  когда  с  криками,  суетливой толкотней пехотинцев, обрадованно  возбужденных  артиллерийской  подмогой, катили орудия полузаросшим лесным проселком, Никитин по  звукам  усиленной стрельбы за деревьями - по басовитому гудению крупнокалиберного  пулемета, пронзительному лаю немецких автоматов, ответному  треску  наших  очередей, пению излетных пуль в чаще, по рикошетному их щелканью о пощипанные стволы - по всем этим звукам он  угадывал  и  чувствовал  необратимую  реальность близкого боя, куда придвигались они, и все злее, все неотступнее нарастала недоброжелательность  в  душе  к  этому  пехотному  старшему    лейтенанту, плосконосому,  кривоногому,  суеверно  не  снимающему  свою    потрепанную, пробитую  пулями  плащ-палатку.  Ему,  старшему  лейтенанту,  пройдохе    и нагловатому крикуну, с непонятной фамилией Перлин,  по  первой  видимости, воображалось, что батарея хитроумно и вовремя вышла из боя, отсиживалась в стороне, благоразумно отдыхала, отлеживалась на солнцепеке, тогда как  его пехота, погибая, исполняла свой смертельный долг, без поддержки огнем, без артиллерийской помощи.

    "Неприятный парень, - обозленно думал Никитин. - И какой отвратительный у него широкий, как будто перебитый нос".

    Они быстро шли впереди  орудий,  Перлин,  Княжко  и  Никитин,  моталась полами, топорщилась старая, вылинявшая до грязной серизны эта плащ-палатка старшего  лейтенанта,  и    раздражающе    звучал    его    пехотный,    хорошо поставленный командами голос, прерываемый азартным смехом:

    - Сейчас мы им раздолб устроим, разъязви их в печенку!  Ежели  четырьмя орудиями жахнуть, как клопов из щелей выкурим! И - атакнем!  А  я  бегу  в обход и думаю: ну,  засели  мы  до  второго  пришествия!  Во  всех  местах почешешься, глядь - вы! Ну, думаю, ежели бога  нет,  то  бог  войны  есть! Ха-ха! ("Зачем он так много говорит? Оправдывается?" -  подумал  Никитин.) Попробую,  мол,  этому  богу  помолиться...

 

Фотогалерея

Bondarev 16
Bondarev 15
Bondarev 14
Bondarev 13
Bondarev 12

Статьи














Читать также


Рассказы
Поиск по книгам:


Голосование
Импонирует ли Вам видение ВОВ Бондарева Ю.В.?


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту