Бондарев Юрий Васильевич
(1896—1988)
Романы
Краткое содержание

131

Скорее,  только  бы скорее!.."

    Он видел мелькание серо-грязных  бликов  возле  орудий,  угадывал  лица расчетов,  сквозь  грохот  слышал    яростный    животный    крик    Меженина, матерившегося после каждого выстрела, и не видел слева, за  шоссе,  орудий первого взвода, около которых был Княжко, даже не смотрел  в  ту  сторону: сразу, как только по команде Княжко привели к бою орудия на  опушке  леса, выкатив их на плотную прошлогоднюю хвою справа и слева от шоссе, и открыли огонь, прекратилась связь между ними.

    В течение нескольких минут  все  исчезло,  все  утратило  реальность  - горячий пот тек по воспаленному лицу Никитина, глаза слезились от огненных толчков пороховых газов, брызжущих жаром осколков над щитом  незащищенного землей орудия, и было ощущение  железно  порхающей  в  накаленном  воздухе смерти,  а  она  звенела    ангельскими    голосами,    гремела,    мстительно взвизгивала, в жадном поиске твердого тела наугад мокро врезалась в стволы сосен, топориками срубала ветви,  вспарывала  землю,  вздыбливала  асфальт шоссе, осыпая его разрушенную плоть на  потные  спины  еще  живых  солдат, зачем-то тоже с одержимой ненавистью посылавших смерть наугад, как если бы в этом был весь смысл существования на земле. И немецкие самоходки, и наши орудия, потеряв пространство, расстояние, видимость цели, стреляли,  будто окончательно лишенные  зрения,  и  ожидание  слепого  осколка  и  чувство, подобное буйному безумству  рукопашной  схватки  впотьмах,  которую  ничем нельзя было  остановить,  охватывало  Никитина  нервной  дрожью  бессилия, страха и бешенства. Раз после разрыва, накрывшего сосну впереди орудия, он почувствовал  вместе  с  жарким  ветром  сорванной  хвои  шлепок  в  лицо, инстинктивно схватился за обожженную щеку, посмотрел на пальцы - крови  не было. Маленький, зазубренный осколок, раскаленный до фиолетовости,  ударил его на излете и упал к ногам  -  знак  и  предупреждение  смилостивившейся смерти. И отрывистый неподвольный смех вырвался из  его  горла:  "Повезло, мне повезло!.." Никто не услышал его смеха, и он, оглохнув от выстрелов, с тупой болью, со звоном в ушах поспешно искал слезящимися глазами  взблески самоходок в дыму, невидимых, близких и неуязвимых,  в  неземном  измерении отдаленных куда-то во тьму на тысячи километров.

    - Скорее! Скорее!..

    Несколько раз подносили снаряды, разгружая машины, груды горячих  гильз валялись, скапливались между станинами, и эти  гильзы  кто-то  расшвыривал ногами под беспрерывно выбрасывающим пороховой пар казенником, и  звяканье гильз, и жестокая матерщина Меженина, и крики солдат сливались в  сознании Никитина в это торопящее, полубезумное: скорее, скорее!

    - Скорее!..

    А когда впереди широко полыхнул в глубине чащи и устойчиво пошел  вверх тусклый от толщи дыма огонь, Никитин не знал и никогда не смог бы  узнать, чей это снаряд  вслепую  достиг  самоходку,  -  там,  впереди,  на  минуту смолкло, и он вдруг задохнулся ликующей беззвучной  радостью  сумасшедшего и, морщась, не  сознавая,  зачем  торопит  себя,  подал  команду  третьему орудию:

    - Меженин, вперед!..

    Он вконец сорвал голос командами, он хрипел надсадно и, поворачиваясь к третьему орудию, встретил черное

 

Фотогалерея

Bondarev 16
Bondarev 15
Bondarev 14
Bondarev 13
Bondarev 12

Статьи














Читать также


Рассказы
Поиск по книгам:


Голосование
Импонирует ли Вам видение ВОВ Бондарева Ю.В.?


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту