Бондарев Юрий Васильевич
(1896—1988)
Романы
Краткое содержание

92

до сухоплюевского окопа, покрытого сверху плащпалаткой, крикнул связисту:

        – Кто? Гуляев?

        Кондратьев схватил трубку, облизнул шершавые, обветренные губы.

        – Товарищ четвертый…

        – Что?

        – Я не могу ждать. На что мы надеемся? Полковник Гуляев шумно дышал в трубку.

        – На чудо. И терпение.

        – Чуда не будет. Я открываю огонь!

        Было молчание – долгое, мучительное, неясное. – Открывай, – неожиданно тихо сказал полковник. – Открывай, сынок… Открывай. По НовоМихайловке. Да людей своих береги. Вы ведь у меня… последние артиллеристы.

        А Шура, прислонясь к стене окопа, не замеченная Кондратьевым, куталась в плащпалатку, как будто знобило ее.

       

Глава пятнадцатая

       

        Глубокой ночью, ясно вызвездившей над Днепром, небольшой плот отчалил от правого берега, мягко захлюпал по черной воде, качаясь и наплывая на синие зигзаги горевших в воде созвездий.

        В эту ночь не зажигали реку немецкие прожекторы, не стреляли вдоль берега крупнокалиберные пулеметы, танки не били прямой наводкой по острову на шум машин, на случайный огонек.

        Ночь, темная, с холодным воздухом, кристальной тишиной поздней осени, легла на успокоенные высоты, на уснувшую, измученную землю. Изредка слева, как бы сонно и нехотя, вспыхивали немецкие ракеты, без звука сыпались красные светляки пуль.

        Бежала и нежно лепетала вокруг бревен вода, скрипели уключины, дремотно поскрипывали, терлись бревна.

        «Кажется, весь день был ветер, а теперь какая странная тишина, – лежа спиной на соломе, думал Кондратьев, испытывая смешанное чувство легкости и беспокойства. – И куда мы плывем под этим звездным небом? В тишину… Но, кажется, ктото убит. Что случилось с Сухоплюевым? Он лежал между станин лицом вниз… без фуражки. Рядом с Елютиным. А орудия где?» Он напряг память, хотел вспомнить, что произошло несколько часов назад, но ничего не мог вспомнить. Мешала тяжесть в висках, ломило в надбровье, и путала мысли втягивающая студеная высота мерцающего неба. Скрипуче пели уключины, душно пахла солома, влажная плащпалатка неприятно корябала подбородок. Он сделал движение, перебинтованная голова была точно привязана к бревнам.

        – Шура, – слабо позвал он. – Где Шура?.. Звезды исчезли, их заслонил ктото, повеяло свежестью в лицо.

        – Шура?..

        – Я, Сережа, – прошелестел осторожный шепот из темноты. – Что, болит? А ты не поворачивайся, не надо…

        – Шура, меня ранило? Ничего не помню… Где Сухоплюев?

        – Нет его.

        – А Елютин?

        – Нет.

        – Где они?

        Она помолчала.

        – Сними плащпалатку, – попросил он и после добавил уже неуверенно: – Говори, Шура…

        Она сняла плащпалатку. Он, сдерживая дыхание, почувствовал запах ветра и пороха от колючехолодного ворса ее шинели.

        – Говори все.

        Тогда она ответила полуласково:

        – Хочешь, сказку расскажу? Я много сказок знаю. Ты в детстве любил сказки?

        Он нащупал ее не отвечающие на его пожатие пальцы.

        – Мы стреляли, а потом… потом?..

        – А потом по орудиям стреляли танки, – договорила она, снижая голос.

        – А потом у нас кончились снаряды.

        – Снаряды?.. – повторил Кондратьев, глядя в огромное, переливающееся холодными звездами небо, на туманно искрящийся

 

Фотогалерея

Bondarev 16
Bondarev 15
Bondarev 14
Bondarev 13
Bondarev 12

Статьи














Читать также


Рассказы
Поиск по книгам:


Голосование
Импонирует ли Вам видение ВОВ Бондарева Ю.В.?


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту