Бондарев Юрий Васильевич
(1896—1988)
Романы
Краткое содержание

8

        А метрах в ста пятидесяти от берега, в воронке от бомбы, прикрытый брезентом, тлел костерок из снарядных ящиков. Было здесь дымно, пахло паром сырых шинелей.

        Протянув разомлевшие ноги к жидкому огоньку, вокруг сидело и лежало несколько солдатартиллеристов. Они молчали, дремотно поглядывали на наводчика Елютина, который, спокойно вытянувшись на снарядных ящиках, тихонько копался перочинным ножом в разобранных ручных часах.

        Сержант Кравчук, крепколицый парень лет двадцати пяти, помял над огнем высохшую портянку и со строгим видом, держа ногу на весу, начал обматывать ее. Потом замер, глянул назад.

        – Кто это там на голову сел?.. – сурово поинтересовался он. – Глаза где?

        – Лузанчиков вроде, – сказал телефонист Грачев, разлепляя глаза, и сонно подул в трубку – Чего там у вас? Танки гудят?..

        Кравчук шевельнул плечами, медленно повернулся. Подносчик снарядов Лузанчиков, сжавшись худенькой фигуркой, привалясь к его спине, спал, охватив колени, тонкие до жалости руки подрагивали в ознобе; по детскому, заострившемуся лицу неспокойно бродили тени – отблески мутного сна. Кравчук угрюмо сказал:

        – Беда с мальцами. Просто детские ясли.

        – А? – спросил во сне Лузанчиков еле слышным голосом.

        Кравчук, подумав, неуверенно приподнялся, потянул изпод себя плащпалатку и с недовольным видом накинул ее на плечи Лузанчикова. Тот, не открывая глаз, дрожа веками, закутался в нее, беспомощно подобрал ноги калачиком.

        – Ндаа, чуток не захлебнулся, – сказал Кравчук, наматывая портянку.

        – Плавать не умеет. Намучаешься с ним.

        Замковый Деревянко, весь черный, как жук, ехидно крякнул, сделал вспоминающее лицо, и тотчас солдаты повернули к нему головы.

        – На Волге до войны катер ходил осводовский. И в рупор без конца орали: «Граждане купающиеся, по причине общего утонутия просьба не заплывать на середину реки!» Туточки тебе, Кравчук, в рупор не заорут. Можно быть вумным, как вутка, а плавать, как вутюг! Ты сам за бревно двумя руками держался!

        – Хватит молотить! – оборвал его Кравчук. – Смехи все! Деревянко вздохнул, сожалеюще заглянул в котелок.

        – Какой смех! Второй раз на голодный желудок будем переправляться, не до смеху! Где старшина? Я б его пустым котелком разочков пять по загривку съездил. Аж звон пошел бы. Как на передовую – его нет!

        – Ладно, разберемся, – ответил Кравчук, вставая. В это время Елютин поднял глаза, прислушался и сказал:

        – Летят.

        Гдето вверху, над брезентом, возник давящий шорох – шушушшуу, – перерастая в тяжелый рев, и близкие разрывы сотрясли землю, подкинуло костер, ящики, брезент взметнулся над краем воронки – и сюда, к костру, горячо дохнула, ворвалась ночь. Кравчук опытно пригнулся. Елютин быстро ладонью накрыл часы, словно птицу поймал с молниеносной ловкостью. Деревянко заинтересованно крутил в руках пустой котелок. Откинув плащпалатку, Лузанчиков испуганно вскочил, поводя круглыми, непонимающими глазами.

        – Бомбят? – растерянно спросил он. – Да?

        – Дальнобойная дура щупает, – ответил Кравчук, рванув брезент на воронку. – По квадратам бьет.

        В наступившей тишине с тонким свистом над брезентом запоздало пролетел обессиленный осколок, тяжко и

 

Фотогалерея

Bondarev 16
Bondarev 15
Bondarev 14
Bondarev 13
Bondarev 12

Статьи














Читать также


Рассказы
Поиск по книгам:


Голосование
Импонирует ли Вам видение ВОВ Бондарева Ю.В.?


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту