Бондарев Юрий Васильевич
(1896—1988)
Романы
Краткое содержание

101

вещички, переодеться - и в дорогу... Этот  Курт вернулся из леса и сказал об этом сестре. Так они  объяснили.  И  я  готов верить, представь себе. Дальше. Эмма вошла  в  дом  через  черный  ход  со стороны сада. Курт ждал внизу. Кстати, этот Курт сказал, что  в  лесу,  за озером, вервольфов человек двадцать, в том числе его сверстники, мальчишки лет пятнадцати-шестнадцати во главе  с  ефрейтором  из  какой-то  разбитой части. Вооружены автоматами и фаустпатронами.

    - Та-ак! - длинно протянул Гранатуров, направляясь  крупными  шагами  к Курту. - Та-ак! Автоматы и фаустпатроны? Двадцать человек? Тогда уж скажи, дорогой мой Курт, где они? Где располагаются вервольфы? Ни хрена за очками не видно! - Он витиевато выругался. - Во... зинд... вервольфы?.. - крикнул он, подбирая немецкие слова, и резко бросил большую свою руку на кобуру. - Во... ист вервольф? Вифиль... километер? Шпрехе [Где вервольфы? В скольких километрах? Говори...], щенок! Ну? Отвечай!

    И Курт вобрал птичью голову в узенькие прямые плечи, на которых, как на вешалке, обвисал  широкий,  с  прожженной  полой  мундир,  облизнул  губы, обметанные    крупными    каплями    пота,    залопотал    что-то    испуганное, неразборчивое, в беспомощности озираясь на сестру, и Никитину  показалось, что даже оттопыренные ребячьи уши его побелели. А она в  онемелом  страхе, умоляя раздвинутыми на половину  лица  глазами  и  Гранатурова  и  Княжко, перестала  дышать,  неразвитая  грудь  ее  круто    поднялась,    затвердела камешками, и наконец она выдохнула вскриком отчаяния:

    - Nien, Herr Offizier, nein! Nein! [Нет, господин офицер, нет! Нет!]

    И закрыла лицо ладонями, мотая спутанными волосами в приступе тоскливой незащищенности.

    Струйки пота скатывались по грязным  щекам  Курта,  голова  все  глубже уходила в плечи, тощая шея мелкими толчками Все ниже нагибалась, и сутуло, углами проступили лопатки под мундиром, потом хлипкий кашель  вырвался  из остренького его носа, он подавился, поперхнулся  и  еле  выдавил  какую-то разорванную фразу, глотая ее вместе со слюной.

    - Вчера в лесу обстреляли штабную машину, - вполголоса сказал  Никитин, взглянув на Княжко. - Сообщил патруль. Он знает об этом?

    - Вчера? Обстреляли? - подхватил Гранатуров. -  Ну-ка,  Княжко,  вопрос щенку! Они стреляли?

    "Неужели вот  такие  молокососы  устроили  засаду  в  лесу?  -  подумал Никитин, пытаясь соотнести обстрел машины с видом этой сгорбленной, жалкой мальчишеской спины немца и его мокро хлюпающего носа. - Просто не верится. Да им кашу манную есть, а не из автоматов стрелять. Не  может  быть,  чтоб такие, как он!.."

    - Что там этот хмырь мокроносый мычит? - угрожающе спросил  Гранатуров, не снимая руку  с  кобуры.  -  Если  не  ответил,  повторить  вопрос,  еще повторить, Княжко! Вчера стрелял, а сегодня в разведку пошел? Эт-то  пусть ответит!

    Княжко задал вопрос и с подчеркнутой сухостью перевел:

    - Он сказал, что вчера не был в лесу, а был в городе, у  сестры.  Кроме того, ефрейтор каждую ночь выбирает новое место  ночевки.  За  разглашение тайны - расстрел. Некий Фриц Гофман был расстрелян за то,  что  поранил  о сучок ногу, не мог идти... Ефрейтор зажал ему рот ладонью  и  выстрелил  в сердце.

 

 

Фотогалерея

Bondarev 16
Bondarev 15
Bondarev 14
Bondarev 13
Bondarev 12

Статьи














Читать также


Рассказы
Поиск по книгам:


Голосование
Импонирует ли Вам видение ВОВ Бондарева Ю.В.?


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту