Бондарев Юрий Васильевич
(1896—1988)
Романы
Краткое содержание

1

    Майор сказал строго:

    - Проверьте орудие тщательнее.

    - Слушаюсь, товарищ майор.

    Скворцов  вышел.  Майор,  крякнув,  сел  в  кресло,  лицо  снова  стало домашним,  усталым  от  жары,  добрым,  мягким,  и  плотная    фигура    его распустилась в  широком  кожаном  кресле.  Он  задумчиво  гладил  ладонями подлокотники.

    - Вот, - сказал он, - Скворцов, видите какой!

    И  тотчас  завозился  вроде  бы  "смущенно    в    кресле,    поймав    мой вопросительный взгляд: видимо, он не хотел показывать незнакомому человеку свое подчеркнутое расположение к воспитаннику, как это делают в  разговоре с    посторонним      некоторые      офицеры,      желая      выглядеть      образцом одинаково-объективного отношения к подчиненным. Но  все-таки  я  удивился, когда майор сказал с металлическими нотками в голосе:

    - Вообще обыкновенный курсант.  Даже  излишне  легкомысленный.  Так  вы будете завтра на стрельбах? Мы выезжаем вечером.

    Ночь я  провел  на  НП  дивизиона.  Спал  в  окопе,  прямо  на  соломе, прикрывшись плащом. Часто просыпался, сначала видел острый блеск  звезд  в черном небе, тихий их отсвет на мокрых  листьях  осин,  потом  к  рассвету услышал текучий шелест; на сереющем похолодевшем небе  проступили  неясные пятна шумящих деревьев, посвежело перед зарей. Я по-солдатски  накрылся  с головой плащом и крепко уснул.

    Меня разбудило горячее солнце, его тепло чувствовалось сквозь  нагретый плащ, и я откинул его. Было раннее утро с росой.

    В траншее началось движение, доносились  негромкие  команды  -  приехал генерал, с ним группа офицеров, видимо, преподаватели артиллерии, и  окопы заполнились офицерами, все были с полевыми биноклями, в ожидании  занимали места, тихонько переговаривались перед стрельбами.

    Майор Рыжников доложил генералу, и бледный,  с  холодной  строгостью  в лице подошел к стереотрубе, припал к ней, настраивая резкость,  подошел  к буссоли, посмотрел, повернулся к генералу.

    - Приступайте, - кивнул высокий и худой старик генерал,  вынул  толстый янтарный мундштук и с равнодушным выражением прищуренных глаз продул  его. - Кто у вас первый?

    Наступило короткое молчание. Осины шелестели над НП.

    - Стреляющий сержант Скворцов! - четким и громким голосом подал команду Рыжников. - Ко мае!

    И  я  увидел  сержанта  Скворцова,  того  самого  веселого,  загорелого курсанта, который вошел вчера в канцелярию с искоркой смеха в  глазах.  Он не  смеялся  сейчас.  Нечто  спокойно-взрослое,  сдержанное  было  в    его невысокой фигуре, без единой складки обтянутой по-строевому  гимнастеркой, с каплями росы на погонах, в его взгляде, в голосе, когда он  сказал,  что готов к  стрельбе.  Генерал  неторопливыми  пальцами  вправил  сигарету  в мундштук, кашлянув, закурил, произнес жестко:

    - Где ваш бланк записи стрельбы и карандаш, товарищ сержант? Не вижу...

    -  Здесь  таблица  стрельбы,  карандаш,  бланк,  -  ответил    Скворцов, показывая на сумку, висевшую на боку.

    - Ага, - неопределенно промычал генерал. - Ну, ну...

    Скворцов взглянул на молчавшего майора Рыжникова, потом  на  начальника училища, сказал:

    - Товарищ генерал, разрешите мне стрелять так.

    - То есть как так? - удивленно поднял брови генерал.

    - Без карандаша и бланка, я так быстрей готовлю данные.

    - Фокусы, - недовольно сказал генерал и, сердито фыркнув,

 

Фотогалерея

Bondarev 16
Bondarev 15
Bondarev 14
Bondarev 13
Bondarev 12

Статьи














Читать также


Рассказы
Поиск по книгам:


Голосование
Импонирует ли Вам видение ВОВ Бондарева Ю.В.?


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту