Бондарев Юрий Васильевич
(1896—1988)
Романы
Краткое содержание

1

    Расставив ноги, Кедрин стоял возле, луна высвечивала  его  широкоскулое лицо, замкнутое, хмурое; просторная куртка с откинутым дождевым  капюшоном делала его необычно широким и тяжелым, и еще утром, когда знакомили  их  в Таежске, Аня подумала, что он своим  мрачноватым  и  неуклюжим  видом  был похож не на геолога, каких встречала не  раз  в  Москве,  а  на  какого-то немолодого зверобоя, каких никогда не встречала.

    - Продрогли ведь, доктор? - сказал  Кедрин.  -  Луна  появилась,  вроде веселее стало. Ну ладно, это лирика... - Он усмехнулся. - Вы как,  мозолей боитесь? Или, простите, для медицины очень бережете ручки?

    - Почему вы это спрашиваете? - не поняла Аня и зябко  засунула  руки  в рукава. - Странно как-то...

    Он, медля отвечать  ей,  пососал  трубку,  проследил,  как  пронизанные лунным светом белые клочки  дыма  унеслись  к  черной  воде,  затем  после молчания сказал почти грубовато:

    - Идите сюда, доктор!

    - Зачем?

    - Идите, не задавайте вопросов! - повторил он  настойчиво  и  медвежьей развалкой двинулся к веслу. - Здесь я  за  вас  отвечаю,  а  мне  поручено доставить вас в сохранности.

    Аня слезла с ящика и тихо подошла, вглядываясь в его лицо.

    - Я вас не понимаю.

    -  Становитесь  сюда.  Берите  весло.  Вот  так.  Ясно?  Держите    плот посередине... Движение  веслом  вправо  и  влево.  Наука  примитивная,  но согреетесь - гарантирую, - и, не ожидая ответа, сел на ящики, выбил трубку о доски, добавил: - Не стесняйтесь, работайте, только мозолей на ручках не бойтесь!

    - Но я не пробовала ни разу, - проговорила Аня с робостью. -  Я  должна управлять веслом? Вы... серьезно говорите?

    - Совершенно серьезно. Попробуйте, я же вам сказал.

    От волнения, от студеного воздуха у нее заныли зубы, она вправо и влево с усилием повела веслом,  вырывавшимся  из  ее  рук,  и  рядом  заскрипела уключина, забурлила вода, - тяжко покачиваясь,  плот  скользил,  несся  по быстрине - и, как в непрекращающемся сне, Аня  со  страхом  оглянулась  на Кедрина, который молча сидел в накинутом на плечи тулупе, темным  силуэтом выделяясь на ящиках, среди залитой  холодным  лунным  светом  реки;  долго спустя он проговорил вроде бы насмешливым голосом:

    - Если не согрелись, доктор, поработайте еще минут двадцать.

    2

    "Где  это  я?  Что  со  мной?"  -  подумала  Аня,    просыпаясь,    сразу почувствовала жжение в ладонях, томительную  боль  в  плечах  и,  вспомнив ночь, высвободилась из тулупа, изумленно огляделась. Было серое утро,  над головой клубящаяся туча закрыла полнеба, на востоке, сдавленная этой тучей и зубчатой кромкой лесов, сквозила узкая щель мутной зари.  Пахло  дождем. Со свинцовых плесов с беспокойным кряканьем подымались тучи диких уток  и, покружившись над рекой, летели в тайгу - должно быть, на тихие озера.

    - А, Анечка! Как спали?..

    За  веслом  уже  стоял,  притоптывал  сапогами  геолог  Свиридов,  весь помятый,  розовый  после  сна,  грыз  яблоко,  вертел  оживленно  головой, взглядывая на небо, на Аню, а возле ног его из  дверцы  железной  походной печки краснел огонь. Улыбаясь, он поспешно в знак приветствия поднял руку, растопырив пальцы, и обрадованно помахал Ане, как давней знакомой.

    - С пасмурным вас утром в тайге, Анечка! - И приятным тенорком  пропел: - Эх, дороги, пыль да туман... Так

 

Фотогалерея

Bondarev 16
Bondarev 15
Bondarev 14
Bondarev 13
Bondarev 12

Статьи














Читать также


Рассказы
Поиск по книгам:


Голосование
Импонирует ли Вам видение ВОВ Бондарева Ю.В.?


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту